Птицы России и сопредельных стран: домовый сыч Athene noctua

Статус. Оседлый, в некоторых районах — кочующий вид. В отдельных частях Казахстана зарегистрированы миграции (Гаврин 1962).
Общая характеристика и полевые признаки. Небольшая сова с относи­тельно слабо выраженным лицевым диском. Верх головы уплощенный. Чаще других сов, особенно в летнее время, встречается в населённых пунк­тах, обычно возле высоких пустующих зданий: церквей, мечетей. Активен в вечерних сумерках. О своём присутствии извещает довольно мелодичными криками къю-витъ или къю-вит, далеко разносящимися в вечерней и ранней ночной тишине. По Г.П. Дементьеву (1951), в светлое время суток полёт волнообразный, напоминающий полёт дятлов, ночью — прямой.
Подвидовая систематика. В мировой фауне разными исследователями описано до 20 подвидов домового сыча, часть из которых в последних ра­ботах сведена в синонимы. Говард и Мур (Howard, Moore 1980) выделяют 15 подвидов. Из них на территории бывшего СССР встречаются пять (Степанян 1975).

1. Athene noctua noctua
Strix noctua Scopoli, 1769. Annus I Historico-Naturalis, p. 22, северная Италия.
От других подвидов отличается наиболее тёмной буро-коричневой окраской верхней стороны тела. Окраска нижней стороны тела с контрастным рисунком (размеры приведены в табл. 1).

2. Athene noctua indigena
Athene indigena C.L.Brehm, 1855. Der vollstandige Vogelfang, c. 37, Аттика, южная Греция.
Окраска верхней стороны тела — светлее, нижней — с менее контрастным рисунком, чем у А. п. noctua.

3. Athene noctua bactriana
Athene bactrianus Blyth, 1847. Hutton, J. Asiat. Soc. Bengal., vol. 16, p. 776, Афганистан.
В окраске, более светлой, чем у noctua и indigena, присутствует рыжеватый оттенок. Рисунок на нижней стороне тела менее контрастный.

4. Athene noctua orientalis
Athene orientalis Severtzov, 1872. Bepm. и горизонт, распр. туркест. животных, с. 115, Иссык-Куль, Тянь-Шань.
Общая окраска верхней стороны тела, как считает Л.С.Степанян (1975), несколько светлее, чем у bactriana. Он же замечает, что изредка встречаются экземпляры orientalis, неотличимые от bactriana. По сравнению с другими формами, сильнее развита белая опятнённость на верхней стороне тела. Тёмный рисунок на брюхе контрастнее, чем у bactriana.

5. Athene noctua plumipes
Athene plumipes Swinhoe, 1870. Proc. Zool. Soc. London, p. 448, Нанькоу, северо-западнее Пекина.
Окраска верхней стороны тела незначительно темнее, чем у bactriana и ori­entalis, а белые пятна на спине, их частота и размеры — схожи с таковыми у orientalis.

Кроме этих пяти подвидов, встречающихся на территории бывшего СССР, выделяют следующие подвиды домового сыча (Howard, Moore 1980):
6. Athene noctua vidalii. Западная Европа.
7. Athene noctua sarda. Сардиния.
8. Athene noctua glaux. Северная Африка.
9. Athene noctua saharae. От южного Марокко до севера Саудовской Аравии.
10. Athene noctua solitudinis. Центральная Сахара.
11. Athene noctua lilith. Сирия, Израиль.
12. Athene noctua ludlowi. Тибет.
13. Athene noctua impasta. Кокнор, западная часть Хонсю.
14. Athene noctua spilogastera. Восточный Судан, северо-восточная Эфиопия.
15. Athene noctua somaliensis. Восточная Эфиопия, Сомали.

Описание. Взрослые (половозрелые) самки и самцы неотличимы (рис. 1). Лицевой диск выражен слабо, обозначен перьями с тёмным (бурым) стержнем и белым опахалом. Над глазами расположены мелкие узкие пе­рья серовато-белого цвета. Ниже глаз перья тоже узкие, заострённые. Пе­рья, расположенные около клюва на горле — белые. Все описанные перья на ощупь заметно жёстче остальных перьев. Верх головы, шея, зашеек, пе­рья спины — серые, пепельно-серые, бурые, желтовато-серые или песочно­-жёлтые у разных подвидов. По этому фону распределены белые (иногда беловато-жёлтые) пятна, величина которых увеличивается от головы к над­хвостью. Частота (плотность) пятен варьирует у разных подвидов. На пле­чах преобладают перья с вершинными белыми пятнами. Брюхо у разных подвидов от бурого до светло-жёлтого и светло-серого цвета с тёмными продольными пестринами, образующими размытый или чёткий (у некото­рых подвидов) рисунок. Подхвостье серое, иногда — беловато-серое.
Основной цвет маховых бурый, иногда — буровато-серый, пепельный, желтовато-песочный. На этом фоне расположены более светлые пятна, по внешнему опахалу — светло-жёлтые или светло-коричневые, по внутрен­нему — как правило более светлые, часто — белые, иногда с коричневым окаймлением к стержню пера. На крыле в сложенном положении светлые вершины кроющих крыла образуют две полосы.
Формула крыла: 3>4>2>>5>1>6>7… На 2-м, 3-м и 4-м маховых есть вырезки на наружных опаха­лах, на 1-м и 2-м — на внутренних. “Гребёнка” на внешнем опахале 1-го первостепенного махового располагается от окончания внутренней вырезки до основания пера, на внешнем опахале 2-го — на двухсантиметровом уча­стке вверх от основания наружной вырезки.
Рулевые бурые, с 4-5 поперечными белыми (светлыми) полосками.
Оперение ног чаще всего бурое, иногда беловатое или белое, пальцы в се­ровато-белых щетинках.
Когти тёмно-бурые или чёрные, радужина ярко-жёлтая, иногда оранже­вая. Клюв жёлтый.
Пуховой наряд чисто-белый.
Окраска молодых в возрасте от 20 до 60 сут сходна с таковой взрослых птиц, но с серым налётом. Пятна менее контрастны.
Размеры. Домовый сыч несколько меньше мохноногого. Размер са­мок достоверно больше по сравнению с самцами. По длине крыла разница составляет 1-7, в среднем 4 %, по массе — в среднем 12 %. Интересно отме­тить, что коллекционные экземпляры из СССР, измеренные до 1950 года, в среднем крупнее экземпляров, измеренных в 1989 году, причём в последнюю выборку вошла часть птиц, подвергавшихся промерам Г.П. Дементьева (1951). Разница по длине крыла составляет 4 %. Пополнение коллекции при этом составило 50 %.
Подвиды по размерам достоверно не различаются, хотя наиболее мел­ким всё же является bactriana, а наиболее крупными — восточные формы orientalis и plumipes. Впрочем, это может явиться предметом специальных исследований наряду с подвидовой систематикой Athene noctua (см. замеча­ния по систематике). Размеры и масса тела у разных подвидов в разных регионах и в разные сезоны (когда это возможно), согласно литературным данным и оригинальным измерениям, приведены в таблицах 1-3.

Линька. Линька молодых до­мовых сычей начинается в воз­расте около 6 нед. и не затрагива­ет маховых, кроющих первосте­пенных маховых и рулевых перьев.
Полностью перелинявшие экземп­ляры встречаются в конце октября-ноябре (колл. ЗИН РАН, ЗМ МГУ, ЗМ ИНГУ и др.). Линька взрослых птиц начинается в сере­дине лета (июль). Порядок смены первостепенных маховых от 10-го к 1-му, а второстепенных — от 1-го к 10-12-му, рулевых — от цен­тральной пары к периферии. В годовалом возрасте особи имеют маховые и рулевые, сохранившие­ся от юношеского наряда. Кон­турное перо у взрослых птиц за­меняется постепенно преимущест­венно в осенний период.
Распространение. Домовый сыч распространён главным образом в пустынях и полупустынях, а так­же горах с ксерофитной растительностью в северной Африке, Аравии, Ма­лой, Передней и Центральной Азии. Однако в Европе при общей более низкой плотности населения вид распространяется намного севернее бла­годаря связи с антропогенным ландшафтом. Северная граница ареала про­ходит по Англии, берегу Балтийского моря (до Латвии). Гнездится сыч также в среднем полосе европейской части СССР, несколько севернее ли­нии Казань-Оренбург, в Казахстане, Монголии, юго-западном Забайкалье, Манчжурии и Корее. К югу распространён до Сахары, Судана, Эфиопии, Аравии, Пакистана, Тибета, центральный районов Китая и Кореи (рис. 2).
На территории бывшего Советского Союза северная граница гнездовой части ареала проходит по югу Эстонии, южной оконечности Псковского озера (в Ленинградской области на гнездовании не зарегистрирован — Мальчевский, Пукинский 1983), затем примерно по 57-й параллели, к вос­току постепенно опускаясь до 56° с.ш. к устью р. Белой (Татарстан).

По р. Белой опускается на юг до 47-48 параллели (Гаврин 1962), по которой пересекает весь Казахстан, к востоку его вновь поднимаясь на север к 51° с.ш. Отсюда северная граница идёт на восток в 100-300 км севернее южной государственной границы до междуречья Зеи и Бурей. Далее на восток домовый сыч не распространяется. Западная и южная границы ареала в пределах СССР совпадают с государственными границами. Север­нее обозначенной границы были отдельные находки домового сыча в гнез­довое время — в европейской части страны, на Урале, в Казахстане и Красноярском крае (рис. 2).
Миграции. Поскольку на большей части своего ареала домовый сыч ве­дёт оседлый образ жизни, ярко выраженных миграций у него не наблюда­ли. Тем не менее, В.Ф. Гаврин (1962) сообщает о перемещениях сычей в Казахстане весной в долине р. Урал и на западном Тянь-Шане, а осенью также на севере Кызылкумов у Новоказалинска, в долине р. Сарысу и в западном Тарбагатае. Птицеловы отлавливали воробьиных и домовых сы­чей в средней полосе страны во время осенней миграции воробьиных птиц, в августе-октябре. О таких случаях, имевших место в середине XIX в., пишет в рассказе “Охота в Симбирских садах” М.Н. Богданов. Сычи нападали на манных птиц при использовании понцев. Это может свидетельствовать об имеющих место в этот период перемещениях домовых сычей, возможно, лишь кочёвках.

Несмотря на то, что часть птиц, в первую очередь молодых, родивших­ся в текущем году птиц, из северных частей ареала, вероятно, откочёвывает в более южные районы, большинство сычей встречается зимой в тех же местах, где они размножались летом. Уместно привести ряд дат зимних встреч домовых сычей у северных пределов ареала по данным отечествен­ных орнитологов и сборам, хранящимся в отечественных коллекциях.
12 декабря 1925 самец домового сыча добыт А.С. Серебровским в Ни­жегородской губ.; 7 декабря 1927 Л.А. Портенко нашёл самца вблизи г. Чер­кассы; 7 декабря 1888 М.А. Мензбир добыл сыча в Московской губ.; 29 де­кабря 1909 он же убил сыча близ г. Касимова в Рязанской губ. В январе М.А. Мензбир, Н.А. Бобринский, В.Ф. Гаврин, Л.А. Портенко, А.В. Федюшин стреляли домовых сычей под Москвой, Минском, в Симбирске, Киеве, Черкассах, Беловежской пуще, Воронеже и Рязани. В феврале 1887 П.П. Сушкин добыл двух самцов под Тулой; в конце февраля В.Л. Бианки добыл домового сыча под Петроградом.
Специальным исследованием с применением индивидуального мечения, проведённым в Дании на А. п. vidalii, установлено, что из 34 сычей, окольцованных в 1931-1960 гг., возвраты от которых получены до 1963 г., лишь один найден в 35 км от места кольцевания, большинство же не вы­шли за пределы 5 км от места мечения (Trap-Lind 1963-1964). В то же вре­мя имеются и другие сообщения о дальности перемещений домового сыча (А. n. vidalii и А. n. noctua) в Западной Европе. Для Западной Германии ус­тановлена средняя дистанция откочёвки сыча от места кольцевания в 15 км (n = 30), для Голландии — 10-19 км (п = 18). С увеличением возраста птиц среднее расстояние перемещений сокращается с 7.5 км (п = 53) до 0-9 км (п = 25). Максимальная удалённость места повторной встречи сыча от мес­та нездования для Западной Германии составляет 220 км, но большинство повторных находок сделано с расстояний до 40 км. Взрослые, неоднократ­но гнездившиеся птицы устраивают новые гнёзда на следующие годы в ра­диусе не более 10 км (Cramp 1985).
Численность. Конкретных данных по численности домового сыча на территории бывшего СССР немного. Г.П. Дементьев (1951) сообщает, что А. n. noctua в северной части ареала немногочислен, в центральной — обы­чен. А. n. indigena имеет более высокую плотность населения, чем А. n. noctua. Наиболее высокой численностью отличается подвид bactriana. Численность сычей последних двух подвидов в характерных для них местооби­таниях может быть охарактеризована как обычная и даже высокая.
Некоторые материалы можно извлечь из фаунистических работ, т.к. специально численность домового сыча в СССР не изучалась. Ю.В. Аверин с соавторами (1971) приводят следующие цифры. В Приднестровье во многих сёлах насчитывали до 12 пар сычей. На опушке леса у с. Копанка 13 апреля 1959 одновременно слышали крики шести птиц. В городах, по мнению тех же авторов, численность домового сыча ещё выше. Только в г. Сороки в апреле 1957 зарегистрировано 26 гнездящихся пар. В крупных городах обитает ещё больше птиц. На юго-востоке чернозёмного центра страны домовый сыч обычен, особенно в населённых пунктах (Барабаш-Никифоров, Семаго 1968). В районе Окского заповедника и вообще в Ря­занской и сопредельной областях на гнездовье сыч отмечается крайне ред­ко. Осенью в посёлке заповедника Брыкин Бор в 1956-1989 гг. ежегодно слышали голоса не менее чем двух птиц.
Высокая численность домового сыча отмечается в Средней Азии (как показано выше, эти данные относятся к bactriana). Г.П.Дементьев (1952) считает его наиболее многочисленным видом среди гнездящихся здесь сов. Однако конкретных данных о численности или плотности населения домо­вого сыча он не приводит. Нет данных об этом и в сводке по птицам Ка­захстана (Гаврин 1962).
Согласно Крэмпу (Cramp 1985, р. 515), численность домового сыча в Великобритании подвержена периодическим и непериодическим колеба­ниям. Предполагают, что падение численности связано с применением в этой стране пестицидов. Наивысшей численности этот вид достигал в на­чале 1930-х. В 1967 г. она оценивалась в 1-10 тыс. пар, а в 1976 г. — 7-14 тыс. пар. Количество сычей во Франции оценено в 30-80 тыс. пар и имеет тенденцию к сокращению. Для Испании приводится оценка в 50 тыс. пар. В Бельгии в период с 1950 по 1972 гг. зарегистрировано со­кращение количества домовых сычей с 12 до 4 тыс. пар, что объясняют ухудшением местообитаний и применением пестицидов в сельском хозяй­стве. Для остальных стран Западной Европы фактических данных о чис­ленности домового сыча нет. То же относится и к зарубежным участкам ареала в азиатской её части. Рассчитать, даже примерно, общее количество этих птиц для нашей страны в связи с вышеизложенным не представляется возможным.
Местообитания. Домовые сычи западных подвидов придерживаются в основном антропогенных ландшафтов. Поселяются они вблизи человече­ского жилья, в постройках. Напротив, восточные подвиды, за исключением А. n. orientalis, соседства с человеком избегают, предпочитая отдалённые от деревень и городов местообитания. Селятся на кладбищах, в заброшенных постройках, развалинах. Особенно это свойственно А. n. bactriana. Пустын­ные домовые сычи охотнее селятся в одиночно стоящих заброшенных ка­захских зимовках — мазарках, которые человек летом не посещает (Гаврин 1962). В лесах, особенно в сплошных массивах хвойных лесов, домовый сыч редок или не встречается вовсе. Вообще можно предположить, что до­мовые сычи подвидов noctua и vidalii идут на север вслед за человеком, придерживаясь пойм рек, выгонов, луговых угодий и населённых пунктов.
Повсеместно эти совы охотно селятся в культовых сооружениях, в том числе и посреди населённых пунктов. В Нижегородской обл., например, Г.П. Кипарисов добыл трёх взрослых сычей у мечети посреди с. Ендовище 12-16 июля 1934 (колл. ЗМ ННГУ).
В степных и пустынных районах домовый сыч придерживается песча­ных и глинистых участков, оврагов. В горы проникает по безлесным или малолесным распадкам и ущельям, остепнённым склонам до 1500-2000 м (Гаврин 1962) или даже до 3000 м н.у.м. в альпийскую зону (Дементьев 1951). В отдалении от жилья предпочитает овраги и другие неровности от­крытого ландшафта, как-то: обрывы по берегам рек, всхолмления, лишён­ные древесной растительности, в степях — курганы. В населённых пунктах встречается, кроме того, в парках, кладбищенских рощах.
Размножение. Домовые сычи, предпочитающие жилые постройки чело­века, строят гнёзда в различных укрытиях, на карнизах, чердаках, куда проникают через слуховые окна. Иногда гнездятся в трубах заброшенных печей. В естественных условиях птицы занимают различные полости в ов­рагах, скалах. А. n. bactrianus, особенно в степных районах Туркменистана, чаще вырывает гнездовую нору самостоятельно. Вход в одно из типичных гнёзд на юго-западе Туркменистана (Гасан-Кулийский заповедник) распо­лагался на голой глинистой площадке, защищённой кустом белой полыни.
У входного отверстия находились погадки, помёт, перья хохлатого жаво­ронка. Гнездовой тоннель сначала опускался вниз на 23-30 см, затем шёл горизонтально. Длина хода в разных норах от 0.5 до 2.0 м, поперечник — 15 см. Размеры гнездовой камеры от 25 до 40 см в диаметре. Другие норы были вырыты в стене оврага на высоте около 1.5 м от его дна.
Дно гнездовой камеры обильно покрыто землёй, помётом, хитиновыми частями насекомых, костями грызунов и птиц, что всё в совокупности об­разует мягкую подстилку (Дементьев 1952).
Такая же подстилка покрывает дно в том случае, если гнездо устроено в нише жилища человека, в искусственном гнездовье, дупле дерева и другом укрытии. В Великобритании из 482 гнёзд домового сыча 24% найдено в дуп­лах дубов, 23% — в дуплах ясеней, 18% — слив, 15% — ив. Из 267 гнёзд 37% устроено в дуплах, расположенных в основном стволе дерева, 23% — в дуплах в боковых ветвях, 14% — в укрытиях, образовавшихся в результате подстрижки деревьев. О гнездовании в искусственных гнездовьях и дуплах с большими летками сообщают М.Е. Никифоров с соавторами (1989). Для устройства гнёзд используются также укрытия, вырытые другими живот­ными. Так, Б.К. Штегман (1960) отмечает, что домовые сычи гнездятся в норах больших песчанок, которые посещают и для ночной охоты на этих дневных зверьков. В качестве места для гнёзд используются скирды соло­мы, а в горных районах — трещины и полости в обрывах и скалах.
Начало брачного сезона домового сыча повсеместно отмечается очень рано: в начале-середине марта. Брачная активность подтверждается токо­выми криками птиц, особенно активными в начале ночи. Однако откладка яиц происходит на большей части ареала в апреле. В Белоруссии сычи от­кладывают яйца во второй половине апреля (Никифоров и др. 1989), в Ка­захстане — на протяжении всего апреля (Гаврин 1962).
Г.П.Дементьев (1951) считает, что у домового сыча, в отличие от других сов, насиживание начинается не с откладки первого яйца, а чаще всего с момента завершения кладки.
В Великобритании кладки домового сыча (п = 268) в 1% гнёзд содержа­ли 1 яйцо, 10% — 2, 35% — 3, 39% — 4, 13% — 5, 1% — 6 и 1% — 7 яиц.
Средняя величина кладки составила 3.6 яйца. В северной Франции кладки (п = 80) в 23% случаев состояли из 3 яиц, 62% — 4, 15% — 5 яиц, а сред­няя величина кладки составила 4.2 яйца.
По данным с территории бывшего СССР, величина кладки составляет 4-5, иногда 6-7, реже 3 яйца (Никифоров и др. 1989); от 4 до 8, в среднем 6 яиц (Гаврин 1962); 3-6, редко 7 яиц (Дементьев 1952); от 1 до 7 и редко до 9 яиц (Дементьев 1951). Гнездо с 8 яйцами было найдено в песках Малые Барсуки, в 17 км от берега Аральского моря, в нише местного мавзолея 21 апреля 1947 (колл. ЗМ МГУ).
Яйца домового сыча типично “совиной” формы и окраски: округлые и белые. Скорлупа свежеснесённого яйца слегка кремовая на просвет. Масса свежеснесённого яйца А. п. indigena 16.4 г (Аверин идр. 1971), 14.3-15.3 г (Makatsch 1976); А. п. noctua — 15.4-15.8 г (Там же). Масса скорлупы 1.09-1.23 г. Размеры яиц представлены в таблице 4.

Сычи всех подвидов размножаются один раз в году, хотя С. Крэмп (Cramp 1985) приводит единичные сведения о наличии вторых кладок. Ра­зумеется, кладки, появившиеся после гибели первой, в расчёт не прини­маются. Большинство авторов, изучавших этот вид, совершенно уверены в наличии у него только одного цикла размножения в году (Дементьев 1951, 1952; Гаврин 1962; Федюшин, Долбик 1967; Аверин и др. 1971; и др.).
Появление первых птенцов наблюдается в начале мая, что говорит о продолжительности периода насиживания в 28-30 сут (Дементьев 1951) или 27-30 сут (Cramp 1985). Правда, имеются сведения, что одно яйцо птицы насиживали 19.5 сут (Konig 1969). Это как-будто бы подтверждает, что на­сиживание начинается с момента завершения кладки, а подсчёт продолжи­тельности насиживания исследователи чаще всего начинают с даты отклад­ки первого яйца. Промежуток между откладкой яиц составляет одни сутки.
Появление лётных молодых на всём пространстве ареала отмечается в период с конца мая до начала августа. Некоторые материалы по этому во­просу даёт анализ коллекций шкурок домовых сычей, хранящихся в отече­ственных музеях. Так, в Ставропольском крае молодой самец добыт 24 ию­ня 1913. Три молодых самки добыты на р. Куре 6 июня, 4 и 24 июля 1931.
В Туркмении и на южном Урале вылет происходит в конце мая-начале июня, через 32-33 сут после вылупления (Бакаев 1972). Е.С. Птушенко добыл молодую летающую самку в окрестностях Ашхабада 2 июня 1942. Лётный молодой самец был отстрелян Л.В. Шапошниковым около Бухары 10 июля 1925. В южном Туркменистане Л.О. Белопольский, В.Г. Гетнер, Н.А. Гладков и другие орнитологи добывали молодых, только что вылетевших из гнезда сычей 17 июня 1940 (два самца), 20 июня 1929, 23 и 24 июня 1953, 3 июля 1942. Многие исследователи, приведя подобные даты, говорят о растянуто­сти периода размножения у рассматриваемого вида (Сомов 1930; Шнитников 1949; Дементьев 1951, 1952; Гаврин 1962; Федюшин, Долбик 1967; и др.). Окончательно похожими на взрослую птицу молодые сычи становятся в возрасте 45-50 сут.
Оба родителя участвуют в кормлении птенцов. В первые дни их жизни самец чаще всего приносит пищу самке, а та разрывает её на кусочки и скармливает совятам. В конце гнездового периода добыча отдаётся птенцам как самкой, так и самцом, чаще всего целиком.
Если участие самца в насиживании кладки считается недоказанным, то его участие в кормлении как насиживающей самки, так и птенцов, особен­но во второй половине их жизни в гнезде, подтверждается наблюдениями многих исследователей. Продолжительность кормления слётков после вы­лета их из гнезда колеблется от 10 сут до 1.5 мес.
Выводки держатся семьями в течение продолжительного времени, но к возрасту 4-5 мес. птицы начинают держаться поодиночке. Домовые сычи исключительно оседлы. Возможна несколько большая (по аналогии с други­ми видами сов) дисерсия молодых, но взрослые особи в течение всей жизни не покидают место гнездования, удаляясь от него не более чем на 2-5 км.
Гибель гнёзд, птенцов. Успешность размножения. Большинство исследователей связывают успешность размножения домо­вого сыча с обилием пищи. В некоторых случаях полагают, что этот вид “может регулировать величину кладки в зависимости от будущего урожая грызунов” (Дементьев 1952). Действительно, при обилии пищи все птенцы, как правило, доживают до вылета. В обычных условиях гибель составляет в среднем 1 яйцо или 1 птенец на выводок. Здесь указывают такие причины, как наличие неоплодотворённых яиц, раздавливание 1-2 яиц при большой кладке, гибель птенцов, вылупившихся последними. Таким образом, в це­лом по всей площади ареала гнездо покидает в среднем 2-4 птенца.
Из протоколированных яиц в Великобритании (п = 477) выступление произошло из 56.4%, а покинуло гнездо 49% птенцов от числа отложенных яиц. Из 156 кладок 25% погибло до начала насиживания, 26% — в периоды насиживания и развития птенцов. Птенцы вылетели из 26% гнёзд. Наибо­лее обычные причины гибели яиц и птенцов: разорение гнёзд детьми, по­едание яиц и птенцов мелкими куньими, а также домашними кошками. Из 241 выводка, где гнездование завершилось успешно, 21% выводков состоял из 1 птенца, 33% — из 2, 36% — из 3, 8% — из 4 и 3% — из 5 птенцов.
Средняя величина выводка составила 2.4 птенца. В Западной Германии из 129 яиц в 30 кладках до вылета дожили 57 птенцов. Средняя величина вы­водка также была 2.4 птенца (Cramp 1985).
Суточная активность. Домовые сычи особенно активны в сумеречное время, но могут охотиться и днём, чаще всего в предзакатные часы или по­слеобеденное время. Наименее активны они в утренние часы. Днём “евро­пейские” подвиды держатся в укрытиях, для чего используют резервные гнёзда, другие ниши, сидят, например, в теневой части телеграфных стол­бов и опор линий электропередач, в гуще ветвей в парках и садах. Для этих птиц более характерен сумеречный и ночной образ жизни, и охотятся они также в темноте.
Питание. По характеру питания домовый сыч должен быть отнесён к видам, использующим широкий спектр кормов: от мелких млекопитающих и птиц до различных видов насекомых и прочих членистоногих, а также пресмыкающихся. Видовое разнообразие кормов связано с характером ме­стности, где обитает данный подвид или даже пара птиц. Насекомые и пресмыкающиеся характерны для диеты сыча в южных районах обитания, мелкие млекопитающие и птицы занимают примерно равную долю в его рационе зимой в северных частях ареала.
В добыче сычей подвида vidalii, обитающих во многих странах Западной Европы, согласно Уттендрферу (цит. по: Дементьев 1951), самыми крупны­ми объектами из млекопитающих зарегистрированы ласка и крыса (?).
Впрочем, Г.П. Дементьев относит данные процитированного им исследова­теля к сычам поминального подвида. В рационе британских домовых сы­чей птицы встречаются редко, составляя 2-5 % (Glue 1972). В пище А. n. noctua встречаемость (т.е. количество исследованных образцов — погадок, пищевых трактов и т.п. — в которых встречен данный вид корма) мыше­видных грызунов составила 92 %, птиц — 10 %, насекомых — 34 % (Жарков, Теплов 1932). В районе Франкфурта-на-Майне при анализе пищевых ос­татков (п = 40) преобладали позвоночные, в основном обыкновенные по­лёвки, особенно часто отмечаемые в зимние месяцы. Лесные мыши часто встречались в пище сыча в открытых ландшафтах (10 %). Землеройки со­ставили 1.2%, птицы — 6% пищи. Водяная полёвка в рационе отсутствова­ла. В одном из сборов 8.7% составили чесночницы. В погадках встречены также остатки насекомых: 16 видов жуков, 3 вида прямокрылых, 1 вид многоножек. Использовались виды, активные в тёмное время суток. Пре­обладали жужелицы, мертвоеды, чернотелки, щелкуны, навозники. Кроме того, в пище встречены гусеницы бабочек и дождевые черви (Klaas 1963).
В пище А.п. ndigena при исследовании 45 погадок, собранных у г. Бер­дянска, мышевидные грызуны (домовая мышь, серый хомячок, лесная мышь, серая и общественная полёвки) составили по встречаемости 97.7 %, ящерицы — 2.2 %, мелкие птицы — 6.6% и насекомые — 62.2% (Дунаева, Кучерук 1938).
По устному сообщению Я.В. Сапетина, им в 1954 г. на юге Азербайджа­ на в норах домового сыча найдено большое количество фаланг Solifugae sp.
Хитиновые остатки этих паукообразных в обилии встречались в проходах нор и гнездовых камерах. Сычи охотились на них как в сумеречное время, когда те наиболее активны, так и днём. При анализе 848 образцов пищи на юге Херсонской обл. и в Черноморском заповеднике среди обычных объ­ектов обнаружили ондатру, полевую мышь и обыкновенную бурозубку (Коткова, Смогоржевский 1971).
В Ставрополье в 175 обследованных погадок домового сыча млекопи­тающие обнаружены во всех (встречаемость 100%). Из насекомых (встре­чаемость 60%) преобладали жужелицы (Звержановский 1967). В Румынии в пище сыча летом преобладают насекомые (50.4% встреч), млекопитающие (40.8%) и птицы (39.4%). Из насекомых наиболее многочисленны прямо­крылые, жуки и уховёртки, из птиц — домовый воробей. Зимой в питании отмечены только зверьки (77.4%) и птицы (22.6%) (Barbu, Sorescu 1970).
Рацион пустынного домового сыча А. n. bactrianus более разнообразен, но в нём всё же преобладают грызуны и насекомые. 70-79% встреч состав­ляют мелкие зверьки: домовая мышь, полуденная песчанка, реже мохно­ногий тушканчик, малая белозубка, пегий путорак. 77-80 % встреч прихо­дится на насекомых, особенно летом. Среди этих животных в пище преобладают жуки: жужелицы, навозники, чернотелки, а также прямокры­лые, гусеницы, бабочки и перепончатокрылые. 16.3-44% встреч составляют рептилии, среди которых больше всего Eremias arguta и Phrynocephalus gut­tatus. Птицы составляют около 1 % встреч. Доля пресмыкающихся в рацио­не возрастает к осени. В южном Туркменистане млекопитающие составля­ют 83% встреч, птицы — 2%, рептилии — 2%, амфибии — 5.4%, насекомые — 13.8% (Дунаева, Кучерук 1938; Дементьев 1951).
О преобладании мелких млекопитающих в пище домового сыча в Вол­го-Уральском междуречье сообщает В.И. Касаткин (1973). Он же предпо­лагает, что истребление грызунов противочумными отрядами приводит к изменению спектра питания сыча за счёт увеличения в его рационе птиц и насекомых, а также к каннибализму, т.е. поеданию младших птенцов в гнёздах. Впрочем, явление каннибализма в условиях недостатка корма от­мечают у домового сыча и другие исследователи. При анализе большого числа погадок (более 3.3 тыс.) было обнаружено 3665 экз. позвоночных, среди которых грызуны составили 91.3% (тушканчики 48.7%, песчанки 28.5%, мышевидные 13.6%, суслики 0.4%). Насекомоядных обнаружено всего 2.8%, птиц — 3.6%, рептилий — 2.3% (Лобачев, Шенброт 1974).
В Туркменистане при исследовании более 6 тыс. образцов корма выяс­нено, что грызуны в пище сыча составили 67% (главным образом афган­ская и краснохвостая песчанки), насекомые — 43%, паукообразные — 14% (Сухинин и др. 1972).
Конкретных материалов о питании подвидов orientalis и plumipes нет, хотя отмечается поедание тех же объектов, что и в случае рассмотренных выше подвидов. На этикетках экземпляров домовых сычей, добытых в Го­би и северном Китае, Н.М. Пржевальский отметил, что в желудках обнару­жены песчанки, хомячки, мыши и тарантул (колл. ЗИН РАН).
Враги и неблагоприятные факторы. Домовые сычи служат пищей многим хищным птицам и совам, но в рационе последних отмечаются крайне ред­ко (Галушин 1976; Cramp 1985). В норах домовых сычей ловят и поедают перевязка, степной хорь, каменная куница. Многие исследователи, рабо­тавшие в Средней Азии и Закавказье, считают, что неблагоприятным для домового сыча является массовое истребление (затравливание) грузунов во время ликвидации очагов чумы (Ралль 1958).
Из паразитических клещей, обитающих в носовой полости птиц, для домового сыча в Туркменистане описан Rhinoecius subbisetosum Breg. (Бутен­ко 1984). В гнёздах домового сыча отмечены насекомые, относящиеся к следующим родам: Ceratophyllus, Omithomia, Hippobosca, Fania, Cerylon, Atomaria, Cryptophagus, Abraeus, Dendrophilus, Enicmus, Stems, Tachyporus, Aplitophagus, Gnathoncus, Phyllotreta, Plegaderus, Nemadus, Atheta (Hicks 1970).
Хозяйственное значение, охрана. Если считать поедание мелких грызу­нов, являющихся хранителями ряда трансмиссивных заболеваний, пользой, то домовый сыч безусловно должен быть отнесён к полезным видам. Оби­тание поблизости от жилья человека, мелодичные крики взрослых птиц во время токования, а также в вечерние часы осенью, встречи этих доверчи­вых сов в степных и пустынных районах несомненно имеют также эстети­ческое значение. Как все виды сов в нашей стране, домовый сыч подлежит повсеместной охране. Наиважнейшим условием его благополучия служит сохранение типичных гнездовых местообитаний.

Литература

• Аверин Ю.В., Ганя И.М., Успенский Г.А. 1971. Птицы Молдавии. Кишинёв, 2: 1-236.
• Бакаев С. 1972. К биологии размножения домового сыча (Athene noctua bactriana Hutton) в низовьях реки Зеравшан Ц Тр. Самарканд, ун-та 211: 35-39.
• Барабаш-Никифоров И.И., Семаго Л.Л. 1968. Птицы юго-востока Черноземного центра. Воронеж: 1-210.
• Бутенко О.М. 1984. Клещи-ринониссиды неворобьиных птиц СССР. М.: 1-187.
• Гаврин В.Ф. 1962. Отряд Совы — Striges //Птицы Казахстана. Алма-Ата, 2: 708-779.
• Галушин В.М. 1976. Опыт обзора проблемы: хищные птицы и современная среда // Адаптивные особенности и эволюция птиц. М.: 78-88.
• Дементьев Г.П. 1951. Отряд Совы Striges или Strigiformes Ц Птицы Советского Союза. М., 1:342-429.
• Дементьев Г.П. 1952. Птицы Туркменистана. Ашхабад : 1-546.
• Дунаева Т.Н., Кучерук В.В. 1938. Особенности питания домового сыча в связи с геогра­ фическими и стационарными условиями и сезонами года Ц Зоол. журн. 17, 6: 1080-1090.
• Жарков И.В., Теплов В.П. 1932. Материалы по питанию хищных птиц Татарской рес­публики // Работы Волжске-Камской охотничье-промысловой биологической станции. Казань, 2 : 132-199.
• Звержановский М.И. 1967. Питание домового сыча (Athene noctua Scopoli) в Ставрополье // Природа Северного Кавказа и ее охрана. Нальчик: 133-136.
• Касаткин В.И. 1973. Материалы по питанию домового сыча в природном очаге чумы Волго-Уральского междуречья // Проблемы особо опасных инфекций. Саратов, 6 (34): 118-121.
• Коткова Л.И., Смогоржевский Л.О. 1971. Живлення пивденно вропейського хатынього сыча (Athene noctua indigena) в Чорноморскому заповеднику та його околицях // Висник Киивю ун-ту. Сер. биол. 13 : 117-120.
• Лобачев В.С., Шенброт Г.И. 1974. Питание домового сыча в Северном Приаралье // Ор­нитология 18 : 382-390.
• Никифоров М.Е., Яминский Б.В., Шкляров Л.П. 1989. Птицы Белоруссии: Справочник-определитель гнезд и яиц. Минск: 1-480.
• Ралль Ю.М. 1958. Лекции по эпизоотологии чумы. Ставрополь: 1-243. 778 Рус. орнитол. журн. 2001 Экспресс-выпуск № 158
• Сомов Н.Н. 1987. Орнитологическая фауна Харьковской губернии. Харьков: 1-680.
• Степанян Л.С. 1975. Состав и распределение птиц фауны СССР: Неворобьиные — Nonpasseriformes. М.: 1-370.
• Сухинин А.Н., Бельская Г.С., Жернов И.В. 1972. Питание домового сыча в Туркмении // Орнитология 10: 216-227.
• Федюшин А.В., Долбик М.С. 1967. Птицы Белоруссии. Минск: 1-520.
• Шнитников В.Н. 1949. Птицы Семиречья. М.; Л.: 1-665.
• Штегман Б.К. 1960. К биологии домового сыча в южном Прибалхашье // Орнитология 3: 315-318.
• Barbu Р., Soursecu С. 1970. Contributions concernant la nourriture de la chouette (Athene noctua noctua Scop.)Ц Ann. Univ. Buc. Biol. Anim. 19: 67-72.
• Cramp S. 1985. The Birds of the Western Palearctic: Handbook of the Birds of Europe, the Middle East and North Africa. Vol. 4. Terns to Woodpeckers. Oxford: 1-960.
• Glue D.E. 1972. Bird prey taken by British owls//Bird Study 17, 1: 91-96.
• Hicks E.A. 1970. Check-list and bibliography on the occurence of insects in birds nests. Arnes Iowa State College Press: 1-681.
• Howard R., Moore A. 1980. A Complete Check-List of the Birds of the World. Oxford Univ. Press: 1-701.
• Klass C. 1963. Vom Steinkauz und seinen Beutetieren // Natur und Mus. 93, 3: 79-84.
• Konig C. 1969. Sechsjahtige Untersuchungen an einer Population des Rauhfusskauzes Aegolius funereus (L.) // Ornithol. 110, 2: 133-147.
• Makatsch W. 1976. Die Eider der Vogel Europas. Leipzig, 2: 1-460.
• Trap-Lind I. 1963/1964. Krikeuglen// Vor viden 7: 210-219.