Белая трясогузка — Motacilla alba (Linnaeus, 1758)

Обычная гнездящаяся форма. Гнездится в основном по морскому побережью, располагая гнезда в расщелинах прибрежных скал или под плавником. Изредка отдельные особи с явными признаками М. a. lugens наблюдаются и по среднему течению рек (в 1961 г. такие птицы изредка встречались на р. Адими, самец отмечался в 1961 г. и в 1962 г. на р. Монгугай). Очевидно, здесь эти особи образуют гибридные пары с китайской белой трясогузкой (см. Назаренко, 1968). 18 апреля в среднем течении Монгугая отмечена пара (возможно, она была и пролетной). Обычна (в отличие от М. a. leucopsis) на о-вах залива Петра Великого (Лабзюк и др., 1971).
Первое появление обнаружено весной 1913 г. 29 марта, а валовый пролет — 5 апреля (Медведев, 1914). В 1961 г. самец встречен 25 марта, 4 апреля на отмелях р. Монгугай птицы были обычны, они попадались одиночками, маленькими группами с неравным соотношением полов и стайкой примерно из 15 особей, среди которых было и несколько китайских трясогузок. В 1962 г. 31 марта на р. Монгугай за дневную экскурсию встречено шесть птиц (и только одна пара китайских трясогузок). В этом же году пролетные стайки и одиночные трясогузки наблюдались до 14 апреля.
Размножение. У самца, добытого 28 марта, семенники уже значительно увеличены (4,5X3 мм). Наиболее ранняя находка гнезда датируется 8 мая 1962 г. Гнездо с четырьмя яйцами найдено между сложенными шпалами на берегу моря в устье р. Рязановки. Постройка аккуратная, яйца голубовато-белые с буроватыми пятнышками. Самка еще не насиживает, она кормится поблизости. Только однажды залезла в гнездо и пробыла там совсем недолго. В этот и следующий день у данной пары дважды наблюдались попытки к спариванию, при этом самец принимал описанную уже для китайской трясогузки позу, в которой хвост развернут и крылья расставлены в стороны, самка же поднимала хвост почти вертикально, трепеща одновременно крыльями. Важно отметить, что нам ни разу не приходилось наблюдать такую позу у самки китайской трясогузки, хотя мы несколько раз и видели попытки к спариванию у этой формы. К.А. Воробьев (1954) нашел на о. Аскольд в береговых скалах гнездо с четырьмя слепыми голыми птенцами 10 июня. 26 июня обнаружено гнездо в расщелине скалы на высоте 8 м. В нем было четыре слепых 3-4-диевных птенца. У самки, добытой 18 июля, яичник гроздевидный, максимальная величина фолликулов — 0,7-0,5 мм. 10 июля 1960 г. на обрывистом склоне под кустиком травы найдено почти открытое сверху гнездо с пятью почти полностью оперенными птенцами. 17 июля 1960 г. найдено гнездо с двумя птенцами и болтуном. 5 июля 1961 г. наблюдались почти самостоятельные молодые птицы — старики уже перестают кормить их. В этот же день под рельсом около шпалы обнаружено гнездо гибридной пары (самец — камчатская трясогузка, самка — китайская).
В гнезде только что вылупившиеся птенцы. Таким образом, создается впечатление, что прилет и гнездование этой формы происходит в более поздние сроки, нежели у китайской трясогузки, хотя имеется определенное перекрывание. Трудно сказать, насколько такое различие в сроках периодических явлений может служить изолирующим механизмом, препятствующим гибридизации.
Осенний пролет происходит во второй половине октября, когда стайки камчатских трясогузок совместно с очковыми держатся на обмелевших галечниках рек. Экземпляры из нашего района добывались в период между 5 и 27 октября. Стайки трясогузок мы наблюдали 24-26 октября 1960 г. (в эти дни стая держалась стационарно на галечниках р. Кедровой), 15, 25 и 26 октября 1962 г. Такие стаи включают от 4-5 до 30 особей.
Если удобные для кормления места ограничены, то в стае наблюдается отчетливый иерархический порядок кормления. Доминируют старые птицы, которые располагаются на иерархической лестнице по степени агрессивности. Самая активная птица, насытившись, уступает место следующей и т.д. Порядок клевания устанавливается быстро в результате индивидуального научения и поддерживается за счет очень простых демонстраций. Птица, абонировавшая кормовой участок, видя приближающуюся другую особь, стремительно летит к ней над самой землей, и последняя обращается в бегство. Берег более крупных кормных луж делится между несколькими особями, и в этом случае птицы в юношеском наряде занимают собственные участки и защищают их. Они бывают достаточно агрессивны, но лишь в крайних случаях нападают на старых птиц. Добычей в этот период служат крупные личинки ручейников, веснянки, бокоплавы, водяные скорпионы. Вообще, разгар пролета падает на последние числа октября, одиночки задерживаются до первых чисел ноября. В 1962 г. птица с поврежденной цевкой держалась стационарно на незамерзающем участке р. Кедровой вплоть до первой декады декабря. В солнечные дни она бродила по ледяной кромке и вылавливала из воды всплывающих личинок веснянок.
Основной корм весной и летом — мелкие Diptera.
 
Литература  
• «Птицы Южного Приморья» (фауна, биология и поведение) Панов Е.Н. Новосибирск. 1973 г. стр. 236-237.

Весьма обыкновенный гнездящийся вид. Основные местообитания — песчаные и галечниковые отмели рек с разработанной долиной, главным образом в их среднем течении. Здесь птицы устраивают гнезда в корчах или под ними. Вверх по течению, где реки приобретают сугубо горный характер и косы сложены из валунов, белая китайская трясогузка не проникает — в отличие, например, от горной трясогузки. Избегает также и предустьевых участков с чисто песчаными косами. Некоторые пары гнездятся в небольших населенных пунктах, но, вообще говоря, китайская трясогузка несравненно слабее связана с поселениями человека, нежели, например, европейский подвид. На морском побережье китайскую трясогузку заменяет камчатская, и в поселках нижнего течения рек эти две формы могут сталкиваться, изредка гибридизируя (Назареико, 1968). О численности китайской трясогузки в наиболее типичных для нее местообитаниях можно судить по следующим цифрам — на 7-8 км среднего течения р. Монгугай отмечено не менее 11 пар. В южной части района эта форма гораздо менее многочисленна.
Прилет и образование пар. Первое появление весной отмечено в 1913 г. — 27 марта (одиночная, Медведев, 1914), в 1958 г. — 27 марта (п-ов Де-Фриз, Омелько, 1963), в 1960 г. — 22 марта (одиночный самец), в 1961 г. — 14 марта (одиночный самец летит над бухтой в северо-восточном направлении), в 1962 г. — 31 марта (пара). Раннее появление птиц весной 1960 г. и значительно более позднее — в запоздалую весну 1962 г. указывает на связь времени прилета с внешней ситуацией. Первыми прилетают самцы, они сначала могут держаться попарно, но вскоре рассредотачиваются и в течение недели после появления занимают гнездовые участки (21 марта 1961 г.). Около этого времени появляются и самки (30 марта 1960 г., 25 марта 1961 г.), после чего сразу начинают образовываться пары. Образование пар затягивается до середины апреля. Так, 10 апреля 1962 г. на Монгугае отмечено восемь одиночных самцов и четыре пары, а 18 апреля на том же участке — четыре одиночных самца и шесть пар. Очевидно, одновременно с этим продолжается и пролет. Группы из нескольких птиц с неравным соотношением полов иногда отмечаются в течение всей первой декады апреля.
Демонстративное поведение. На протяжении апреля приходится постоянно наблюдать агрессивное поведение, связанное с защитой территории, и брачные демонстрации.
Агрессивное поведение включает следующие демонстрации:
1) поза импонирования, в которой туловище горизонтально, клюв поднят вертикально вверх;
2) совместный демонстративный полет, проделываемый самцами на границе их территорий: птицы одновременно взлетают, трепещутся невысоко над землей (туловище удерживается в вертикальном положении, причем каждый самец стремится повернуться спиной к сопернику (демонстрация контрастно окрашенных спины и крыльев?), после чего ныряют вниз головой, иногда сцепившись лапами. Эта демонстрация сопровождается особым звуком: «чри-ви-ви-ви» или «чви-ви». Снова взлетагют, трепещутся и т.д.
3) при подавлении соперника победитель часто преследует его далеко в воздухе, после чего возвращается на свою отмель. В первый период после занятия участка самец третирует также самцов и самок камчатской белой трясогузки и японской трясогузки. Эти демонстрации можно наблюдать до последних чисел апреля, когда птицы уже приступают к кладке (25 и 26 апреля 1961 г.).
Брачное поведение включает несколько элементов, которые различно сочетаясь, дают не менее семи различных поз. При встрече самца и самки тот или другая принимают позу импонирования. Вероятно, самец принимает эту позу в самый первый период образования пары, а самка, напротив, в период между образованием пары и началом спаривания (см. очерки, посвященные большой синице и гаичке). Иногда при тесном сближении в первый период после образования пары самец взъерошивает оперение спины и перебирает клювом плечевое оперение (смещенная чистка пера). В тот период, когда самка постепенно приходит в состояние половой готовности, она при приближении самца (независимо от того, принял ли он позу импонирования или нет) застывает в более или менее горизонтальной позе. Самец в ответ начинает кивать головой или всей передней частью тела. Если он делает это на ходу, то ноги при каждом шаге высоко поднимаются. Голова может быть втянута в плечи или приподнята над уровнем туловища, контурное оперение низа может быть распущено, образуя как бы «лодочку». В ответ самка, если она находится в мотивированном состоянии, принимает «сплющенную» позу и трепещет слегка отставленными крыльями.
Самец или просто пытается покрыть самку, или идет за ней, широко развернув хвост и расставив крылья. Если же самка не готова принять его, она делает в его сторону клюющие движения или же просто улетает. Самец может долго преследовать ее в воздухе с возбужденным циканьем, а возвратившись на свою отмель, иногда запевает. Песня звучит как «пьюли» или «псюйль». Изредка можно наблюдать особый полет бросками из стороны в сторону низко над землей. Значение этого поведения неясно. Наблюдалось оно нами всего дважды (9 апреля 1961 г.).
Размножение у китайской трясогузки, вероятно, происходит дважды в лето. 26 апреля 1961 г. в корче посреди большой отмели в среднем течении р. Сидими найдено готовое гнездо (кладка еще не началась). 3 мая 1961 г. и 14 мая 1960 г. мы наблюдали попытки к спариванию. 2 мая самец и самка носят материал для гнезда в штабель штакетника на территории базы заповедника. 13 мая в это гнездо отложено первое яйцо, 17 мая здесь пять яиц. 6 июня 1962 г. на базе заповедника в гнезде, расположенном за дранкой на стене сарая на высоте около 1,5 м — шесть взрослых птенцов, которые при кольцевании разлетелись. 6 июня 1963 г. птенцы вылетели из гнезда в штабеле штакетника. Самец сильно взволнован, при появлении человека поет, пение носит отчетливый характер смещенного поведения. 7 июня 1961 г. на р. Адими неоднократно встречались самостоятельные молодые птицы в гнездовом наряде. В этот же день у одной пары наблюдалась попытка к спариванию, а другая носила строительный материал в корягу на отмели.
Осенний пролет проходит мало заметно. Во второй половине августа и первых числах сентября изредка попадаются одиночные птицы на берегу моря. Последняя достоверная встреча — 11 сентября 1961 г. (берег оз. Хасан). Возможно, встречаются и позже в пролетных стайках камчатской и очковой трясогузок (29 сентября).
Питание. Кормятся птицы обычно около уреза воды по краю отмели, реже — у основания высокого берега. В первые дни после прилета весной основу питания составляют мелкие комары Tipulidae, также веснянки и ногохвостки, которых птицы собирают прямо со льда и снега. Tipulidae сохраняют значительную роль в питании трясогузок до второй декады апреля. Выкармливая птенцов, родители набирают насекомых в клюв помногу — пучками. В конце июня нам приходилось видеть птиц, поедающих личинок поденок на речных перекатах.
 
Литература  
• «Птицы Южного Приморья» (фауна, биология и поведение) Панов Е.Н. Новосибирск. 1973 г. стр. 233-235.

Немногочисленный пролетный вид. Весной несколько раз наблюдались в 1960 г. в период с 12 апреля по 3 мая, в 1961 г. — с 7 апреля по 28 апреля, в 1962 г. — с 18 апреля по 11 мая. На пролете встречаются в тех же стациях, что и два предыдущих подвида, одиночками и группами от трех до десяти особей. К.А. Воробьев (1954) отметил большую стаю у оз. Сакпау 1 мая 1949 г. Две самки добыты 15 мая 1884 г.
На осеннем пролете птицы появляются в последних числах сентября (имеется экземпляр от 29 сентября 1960 г., в 1961 г. первая группа из шести особей встречена на галечниках р. Кедровой 30 сентября).
Небольшие группы, одиночки и стайки совместно с камчатской трясогузкой время от времени попадаются в течение всего октября (экземпляр добыт в Сидими 21 октября 1884 г.), отдельные особи, возможно, задерживаются до первых чисел ноября (9 ноября 1961 г. встречена одиночная молодая птица вместе с японской трясогузкой).
7 апреля 1961 г. мы наблюдали территориальное поведение у пролетных очковых трясогузок. Один самец абонировал участок галечника и не допускал на пего другого самца. Угрожающее поведение отличалось от такового китайской трясогузки; обе враждебно настроенные особи вытягиваются вдоль земли и одновременно кланяются. Одна из птиц при этом время от времени издает звук «псюйль» (песня ?). Один раз такая встреча закончилась небольшой дракой в воздухе, в полуметре от земли. Победитель изгоняет соперника, провожая его далеко в воздухе, после чего возвращается на ту же отмель. Весьма любопытно, что этот агрессивный самец нападал на самку китайской трясогузки (с серой спиной), но совершенно не реагировал на самца и самку камчатской трясогузки (с черной спиной).
Однако в присутствии последних сразу возникает антагонистическая реакция на вторую очковую трясогузку.
Территориальное поведение и иерархия в стае наблюдается и на осеннем пролете (см. очерк о камчатской трясогузке).
 
Литература  
• «Птицы Южного Приморья» (фауна, биология и поведение) Панов Е.Н. Новосибирск. 1973 г. стр. 237-238.