«Про пухляка» Преображенская Е.С.

Если бы мне надо было выбрать птицу – символ России, то я предложила бы не орла, не журавля, не ласточку и не жаворонка, а буроголовую гаичку – пух­ляка. Смешно ? А вы посмотрите на географическую карту. Больше двух третей России на ней – это леса, причем в основном из хвойных деревьев (ели, сосны, лиственницы) или с их участием. И зима на этой тер­ритории – со снегом, морозами – продолжается от четырех месяцев до полугода. Недаром российские любители птиц жалуются, что в Международные дни наблюдений птиц, которые проходят в первое вос­кресенье октября, много где большинство птиц уже улетели.
Разных птиц в российских лесах много. Но большая часть из них – перелетные. Пеночки, дрозды, мухо­ловки, коньки, славки и другие – все они проводят зиму в теплых краях: в тропиках Африки, Индии, Юго­Восточной Азии, в Средиземноморье. А если поближе – то в странах Западной Европы, на Кавказе и в Крыму. Птиц, зимующих в лесах России, совсем немного. И буроголовая гаичка – самая многочи­сленная из них. Это подтверждено многолетними учетами зимующих птиц, проводящимися на тер­ритории России и сопредельных регионов уже три десятка лет. На огромном пространстве – в Якутии, на Алтае, на Урале, в Башкирии, в Архангельской обла­сти, Карелии, Татарстане, Подмосковье, Брянских лесах – везде пухляк входит в число самых массовых зимующих птиц. И в другие сезоны, весной до начала мая, во второй половине лета и осенью, пухляки в лесах обычны и хорошо заметны. Только в мае­июне они как будто исчезают – становятся на время гнез­дования очень осторожными и мало заметными. Так что, если посчитать в среднем за год, то пухляк ока­жется в России одним из самых многочисленных, а может и самым многочисленным видом птиц.

Зимой пухляки, в отличие от своих ближайших родственников, больших синиц и лазоревок, не соби­раются к кормушкам в населенные пункты. Хотя с удовольствием посещают кормушки на опушках хвойного или смешанного леса. Они остаются в лесах – разыскивают спрятавшихся на зиму насекомых и пауков, семена, используют запасы корма, которые заготовили летом и осенью. В морозные зимние ночи пухляки прячутся в дупла или забираются под снег, в пустоты под корнями, нижними засыпанными ветка­ми деревьев, под снежные шапки на ветвях.
Пухляки – завсегдатаи зимних синичьих стай хвой­ных и смешанных лесов. Впрочем, синичья стайка – название не совсем точное; кроме синиц (пухляков, лазоревок, больших синиц, московок, гренадёрок) в нее могут входить и другие птицы – желтоговые корольки, ополовники, пищухи, поползни, малый пёстрый дятел. Птицы, перепархивая в кронах дере­вьев, постоянно попискивают, поддерживая таким образом связь друг с другом. Что­то вроде: «Вы здесь? – Я тут! Как дела ? – Все в порядке!». Если же обнаруживается что­то опасное – например, птицы находят притаившуюся среди ветвей сову – начина­ют кричать громче. Более громкие сигналы раздают­ся и тогда, когда кто­то из членов стаи намеревается изменить направление движения, например, свер­нуть или перелететь через поляну.
Пары взрослых пухляков, которым весной удалось успешно вывести птенцов, круглый год придержи­ваются постоянного участка леса. Своих отпрысков, когда они вырастают (обычно это происходит ко второй половине июня – началу июля) родители прогоняют. Молодежь стайками кочует по лесам, а к зиме присоединяется к паре взрослых – но не своих родителей. С ними проводит зиму, весной же взрослые выгоняют их со своего участка, и молодым приходиться искать для гнездования другую терри­торию. Если кто­то из взрослых или оба не пережи­вают зиму, их заменяют молодые птицы. Так участок обитания может существовать много лет – гораздо дольше жизни птицы (а она у пухляка в природе обычно не превышает 5 лет).
Питаться пухляки предпочитаю беспозвоночными: различными насекомыми, пауками, но в холодное время года охотно едят и семена. Семян же зимой в таежной зоне птицам доступно немного. Это семена бурьянных растений, торчащих из­под снега, семе­на березы, если они сохраняются до зимы, семена ольхи из шишек. Но особенно хороши как корм семе­на ели: по сравнению с семенами большинства трав и других деревьев они крупные и очень питательные. Недостаток таких семян как птичьего корма – то, что ель плодоносит не ежегодно, а раз в 3­4 года, и, соответственно, корм этот то есть, то его нет. Кроме того, большую часть времени чешуйки шишек плот­но прижаты, и семена для мелких птиц, которые не могут их открыть, недоступны.

Раскрываются шишки только в ясную, солнечную погоду, когда они нагре­ваются и высыхают. Обычно это происходит в конце зимы, в марте. Реже шишки открываются в ясные тёплые осенние дни. Когда при большом урожае шишки раскрываются, и семена начинают высы­паться, еловый лес превращается в гигантскую кор­мушку, и множество птиц – и синицы, и вьюрковые, и куриные – активно кормятся еловыми семенами.
Пухляки в такое время не только наедаются вдо­воль, но и запасают семена – прячут их в разные укромные места на стволах и ветках. Они могут запасать и другой корм, когда его много, в том числе и насекомых. Места, куда спрятан корм, сини­цы не запоминают, отыскивая его позже так же, как спрятавшихся на зиму насекомых, обшаривая подходящие укрытия. Получается общий «банк кор­мов» – запасы может найти и другая птица того же или близкого вида. Это отличает синиц от других запасающих корм птиц, например от соек и кедро­вок, прячущих на зиму жёлуди и орешки кедра.
Эксперименты, в которых оценивали скорость отыскивания этими птицами своих и чужих запасов, показали, что свои кладовые кедровки и сойки пом­нят и отыскивают намного быстрее, чем чужие. Одна птица делает на зиму несколько сотен кладовых и запоминает, где они все находятся.
Добывать корм зимой пухлякам, как и другим синицам, позволяют специфические особенности их поведения. Главное – это их умение отыскивать скрытые кормовые объекты (спрятавшихся бес­позвоночных, семена в соплодиях) и извлекать их: расклёвывать укрытия, выковыривать, вытаскивать.
Среди нашей орнитофауны это умеют далеко не все птицы. Например, трясогузка, пеночка, мухоловка или ласточка не могут извлекать спрятавшихся насе­комых – у них нет для этого ни нужной программы поведения, ни специально устроенных клювов и лапок. Синицы же готовы расковыривать все, что угодно. Широко известна история о том, как в Англии обыкновенные лазоревки научились открывать вна­чале оставленные на улице у порога дома торгов­цами молочные бутылки, закрытые крышечками из фольги, а позже – пакеты с молоком.
У нас на Костромской биостанции был интересный случай, иллюстрирующий способность пухляков к поиску скрытых кормовых объектов. Как­то раз, раз­мечая по лесу маршрут для учётов птиц, мы развесили на ветках бумажные «флажки» – сложили небольшие листки бумаги вдвое, надели на ветки и закрепили по бокам канцелярскими скрепками. Через несколько дней обнаружили, что пухляки «разгрызли» листки бумаги сверху. Видимо, решили проверить, не пря­чется ли кто­то в пустом пространстве между бумагой и веткой. Как же тщательно они обследуют, сканируют все возможные закоулки в заснеженном зимнем лесу !
Кроме умения находить и расклёвывать убежища насекомых и соплодия с семенами, синицам в их зимней жизни помогает еще одна способность – «подвешиваться» на ветвях сбоку и снизу, в том числе вниз головой, прицепившись на согнутых лапках и крепко ухватившись коготками. Движение, которое они при этом выполняют, напоминает подтягивание спортсмена на перекладине. Для человека это упраж­нение достаточно трудное. Синицы же, благодаря особенностям строения своих нижних конечностей, выполняют подобные движения без специального усилия сотни раз в день. Это позволяет им осматри­вать ветки со всех сторон и находить убежища насе­комых, в том числе, и снизу, под ветвями и хвоей.
Всего по данным зимних учетов в лесах Европейской России зимой насчитывается около 20-­25 милли­онов буроголовых гаичек. Всего же их в России, вероятно, в 5­7 раз больше. Много то или мало ?
Удивительное совпадение – оказывается, что по чис­ленности пухляков в России примерно столько же, сколько людей… А в Европейской России пухляков по сравнению с людьми примерно в 4 раза меньше.
Казалось бы, что птиц, особенно самых массовых, должно быть больше, чем людей. Но это не так. Кроме того, численность пухляков, зимующих на террито­рии Европейской России, снизилась за последние три десятилетия более чем на четверть.

Так, в 1980­-1990 годах их было по расчетам 26­28 миллио­нов, в первом десятилетии двухтысячных – 21­26, во втором – 19­20 миллионов. Причины этого снижения не до конца ясны; основные среди них, вероятнее всего, это массовые вырубки таёжных лесов и изме­нения климата. Влажные зимы с оттепелями пухляки переносят хуже, чем многоснежье и морозы.

Любители птиц в России очень много внимания уделяют редким видам. Это, конечно, правильно. Но пример буроголовой гаички показывает, что пора уже задуматься и о массовых видах птиц – ведь, на самом деле, не такие уж они и массовые… Особенно если учитывать «экономику природы». Одна гаичка весит в среднем около 12 граммов; один человек – допустим – около 60 килограммов. То есть, по био­массе пухляк в 5 тыс. раз меньше человека. Если количество пухляков и людей по численности на тер­ритории России примерно одинаково, то во сколько же раз больше люди потребляют ресурсов? Понятно, что в тысячи раз. При такой нагрузке на среду оби­тания выживание даже для самых массовых видов, если они нуждаются не в антропогенной, а в природ­ной среде обитания, становится непростым делом.
Обычно, когда речь идет о «птице года», то встает вопрос – что мы можем для этого вида сделать ? Основное, что может помочь гаичкам, это охрана места их обитания – взрослых хвойных и смешанных, таежных лесов – от уничтожения, от вырубок и пожа­ров. Ну, и кормушка зимой в лесу или невдалеке от него, конечно, тоже пригодится.