Южная малая пестрогрудка Locustella thoracica thoracica – новый вид в авифауне России

До недавнего времени северные и южные популяции малой пестрогрудки рассматривались в составе единого сборного вида – Bradypterus thoracicus Blyth, 1845. Однако недавние специальные исследования позволили обнаружить чёткие отличия между ними как в биометрических показателях, формуле крыла и других параметрах пропорций тела, особенностях окраски, так и в вокализации (Round, Loskot 1994). Впоследствии были также выявлены достаточно выраженные различия в структуре ДНК (3.5-5.2%, по цитохрому b), в окраске скорлупы яиц и др. Кроме того, в экспериментах с предъявлением записей песен северных форм территориальные самцы из южных популяций на них практически не реагировали (Alstrцm et al. 2008). Этому соответствует тот факт, что южные и северные популяции Bradypterus thoracicus sensu lato отчётливо разобщены между собой географически, на расстояние около 1700-2100 км (Назаренко, Маметьев 2010; Гамова и др. 2011; Kennerley, Pearson 2010). Поэтому не удивительно, что им было предложено предоставить статус отдельных биологических видов (Round, Loskot 1994; Alstrцm et al. 2008) – северная Tribura (thoracica) davidi La Touche, 1923 и южная Tribura (thoracica) thoracica Blyth, 1845 малые пестрогрудки.
На территории России распространена северная малая пестрогрудка Tribura (thoracica) davidi, представленная двумя подвидами: T. d.
suschkini (Stegmann, 1929) – от Алтая к востоку до Байкала и T. d. davidi La Touche, 1923 – от Байкала к востоку до нижнего Амура, к югу до горных плато в Южном Приморье и Чаньбайшане (Коблик и др. 2006; Гамова и др. 2011). Южная малая пестрогрудка Tribura (thoracica) thoracica представлена тремя подвидами, один из которых – T. th. kashmirensis (Sushkin, 1925), населяющий Западные Гималаи, было предложено выделить в самостоятельный вид (Alstrцm et al. 2008). Два других подвида: T. th. thoracucus (Blyth, 1845), распространённый в Центральных и Восточных Гималаях до гор в Центральном и Южном Китае (север Юньнаня, южные и центральные районы провинции Сычуань), и T. th. przevalskii (Sushkin, 1925), распространённый в Центральном Китае (провинции Сычуань до севера Цинхая, юго-запад Ганьсу и юг Шэньси). На территории России встречи южной малой пестрогрудки до сих пор не были известны.
2-8 июля 2016, проводя количественные учёты населения птиц в поясе оробореальных темнохвойных лесов западного участка Шкотовского (Майхе-Даубинхинского) плато (700-900 м над уровнем моря), я имел возможность посетить небольшой (74 га) участок ценотически реликтовых насаждений лиственницы Комарова Larix Чkomarovii, один из немногих на Южном Сихотэ-Алине, с присущими ему крайне своеобразными флорой и населением птиц – урочище «болото Ларкина» (в литературе нередко упоминается как Ларченково болото) (рис. 1, 2). В данном районе мне довелось работать также в 1998, 2000, 2007, 2012-2015 годах. Здесь в 2012 году удалось обнаружить ранее неизвестное немногочисленное изолированное поселение северной малой пестрогрудки Tribura (thoracica) davidi, наблюдаемое во все последующие годы. Общая численность этой птицы здесь не велика. Так, в 2016 году мне удалось обнаружить 5 занятых гнездовых участков северной малой бормотушки.

7 июля 2016, проводя учёты в центральной, наиболее открытой части этого верхового болотного массива, я неожиданно услышал совершенно незнакомую мне песню какой-то птицы (в 9 ч 10 мин по зимнему времени). Она представляла собой чётко оформленные порции из трёх резких, немного металлических, довольно громких нот. В свою очередь, порции нот издавались непрерывно, следуя через небольшие промежутки времени. Всё вместе это можно передать как: «тицирри-тицирри-тицирри … тицирри-тицирри-тицирри … тицирри-тици-рри-тицирри …», звучавшее довольно резко и напористо. Опасаясь, что неизвестный певец перестанет петь и навсегда пополнит список
«инкогнито» (который, наверное, есть у каждого полевого орнитолога), я осторожно и насколько при этом возможно быстро направился к месту, откуда исходили звуки. Расстояние постепенно уменьшалось, а певца так и не было видно, когда же оно сократилось до 3 м, он умолк вовсе, тогда мне пришлось замереть на месте. Через небольшое время птица начала петь снова – осторожно и вполголоса. Я приблизился ещё на шаг. Было уже очевидно, что звуки исходят откуда-то снизу из густой травы. Наконец, птица сама показалась на сухой вершинке густо облиственного внизу ольховника, держась невысоко, примерно на четверть метра выше зелёного ковра травостоя и кустарников. Это позволило отлично рассмотреть её с близкого расстояния в бинокль. Было очевидно, что это – пестрогрудка. Она беспокойно крутилась на месте, то поднимаясь, то опускаясь ниже, время от времени всхлопывая над спиной сложенными крыльями. Спустившись в травостой, она появилась снова на соседней сухой ветке, после чего соскользнула по ветвям вниз, а затем отлетела невысоко над густым ковром травы и буквально растворилась в ней.
За день до этого я имел возможность продолжительное время наблюдать сильно беспокоящуюся пару северных малых пестрогрудок, и
облик этих птиц был ещё свеж в памяти. В сравнении с ними, наблюдавшаяся пестрогрудка казалась несколько крупнее, общий тон окраски – тёплый, довольно насыщенный, в том числе на боках тела; со спины – как у соловья-красношейки Luscinia calliope, светлые участки
на бровях и вокруг глаз отчётливо заметны. На груди под светлым горлом проходило ожерелье из аккуратных, не мелких, округлых и ярких чёрных пятен. Тем не менее, больших отличий в общем облике тех и этой наблюдавшихся пестрогрудок не было, отчего последняя
сначала была предположительно отнесена к T. davidi с крайне нетипичным вариантом песни.
Окончательно разобраться с этим вопросом я смог по возвращению из поездки. Прослушивание записей голосов южной малой пестрогрудки T. thoracica (доступных на сайте http://xeno-canto.org) показало, что это, бесспорно, именно этот вид.
Песни северной и южной малых пестрогрудок сильно различаются между собой. У северной малой пестрогрудки T. davidi она представляет собой отдельные порции (продолжительностью около 0.5 с) жужжаще-стрекочущих звуков «дзьзьзьзьзь-дзьзьзьзьзь-дзьзьзьзьзь-дзьзьзь-
зьзь»; они как будто пульсируют, набирая громкость к концу, что связано с манерой птицы то широко открывать, то быстро закрывать клюв при исполнении каждого отрезка этой своеобразной песни. Песня T. thoracica в литературе описывается как разносящийся далеко монотонный и продолжительный, ритмичный и быстрый механический речитатив, состоящий из щелчков и металлических дребезжащих звуков, его можно передать, как «трик-хи-ди, трик-хи-дии … трик-хи-дии… трик-хи-дии…» или «три-три-три-трииз, три-три-три-трииз … три-три-три-трииз, три-три-три-трииз …» (Alstrцm et al. 2008; Kennerley, Pearson, 2010).
Помимо перечисленных особенностей во внешнем облике и вокализации, обратило внимание также несколько отличное, по сравнению с
T. davidi, биотопическое окружение, в котором была встречена T. thoracica. В то время, как северная малая пестрогрудка на местах гнездования в условиях западного участка Шкотовского (Майхе-Даубихинского) плато отдаёт предпочтение приручьевым участкам редкостойных насаждений (темно- и светлохвойных) или открытым травяным полянам на месте старых (более 50 лет) вырубок, но обязательно вблизи края леса, южная малая пестрогрудка была встречена в самом центре открытого участка «болота Ларкина». Место, где она наблюдалась, представляло собой верховое болото с мохово-лишайниковыми кочками, редкими угнетёнными лиственницами (у деревца высотой 5-6 м с диаметром ствола 14.5 см было насчитано 163 годичных кольца; у другого – высотой 2.5 м и диаметром 4-4.7 см – 50 колец), отдельными разбросанными кустиками ольховника кустарникового Dusscheckia fruticosa, багульника болотного Ledum palustre, подбела L. hypoleucum и голубики Vaccinium uliginosum и осоково-вейниково-разнотравным наземным покровом, в котором ближе к краю болота начиналась заметная примесь тростника. Она держалась в небольшой куртине кустарников, утопающей в зелени почти равного им по высоте травостоя.

Литература

• Гамова Т.В., Назаренко А.А., Сурмач С.Г. 2011. Шкотовское плато – новый, предсказанный, район гнездования малой пестрогрудки Dumeticola davidi на юге Уссурийского края. С замечаниями о среде обитания, времени заселения данного района и агрессивном поведении этого вида // Рус. орнитол. журн. 20 (675): 1467-1473.
• Коблик Е.А., Редькин Я.А., Архипов В.Ю. 2006. Список птиц Российской Федерации. М.: 1-281.
• Назаренко А.А., Маметьев П.Г. 2010. О заселении малой пестрогрудкой Tribura (Dumeticola) davidi восточной окраины Азии: новое, недавнее и изолированное, местонахождение на крайнем западе Уссурийского края // Рус. орнитол. журн. 19 (584): 1239-1242.
• Alstrцm P., Rasmussen P. C., Olsson U., Sundberg P. 2008. Species delimitation based on multiple criteria: the Spotted Bush Warbler Bradypterus thoracicus complex (Aves: Megaluridae) // Zool. J. Linn. Soc. 154: 291-307.
• Kennerley P., Pearson D. 2010. Reed and bush warblers. London: 1-712.
• Round P.D., Loskot V. 1994. A reappraisal of the taxonomy of the Spotted Bush-Warbler Bradypterus thoracicus // Forktail 10: 159-172.