Восточный лунь — Circus spilonotus (Kaup, 1847)

Восточный лунь Circus (aeruginosus) spilonotus Kaup, 1847 является редким гнездящимся перелётным видом Приморского края, хотя в отдельных местах он, на первый взгляд, может казаться обычным, ввиду того, что формирует локальные рыхлые групповые поселения. Известны единичные встречи в календарные сроки зимы.
Гнездовая часть ареала этого луня занимает умеренную зону Азии от Енисея, Минусинской котловины и северо-запада Монголии на западе до устья Амура на востоке (Степанян 2003). Долгое время его считали лишь одним из восьми известных подвидов болотного луня C. aeruginosus (Linnaeus, 1758), шесть из которых, включая обитающего в Приморье восточного луня, в настоящее время рядом авторов признаются самостоятельными видами (del Hoyo, Collar 2014). Помимо разницы в общих размерах, наиболее значимыми различиями всех этих явно близкородственных форм является их окраска. Беря во внимание только две из них, населяющие исключительно Евразию, можно отметить, что окраска оперения как взрослых самцов (рис. 1) и взрослых самок (рис. 2), так и молодых птиц (рис. 3) spilonotus значительно отличается от соответствующих особей aeruginosus. Поскольку на пространстве между бассейном верхнего течения Енисея и Байкалом существует зона их вторичной интерградации, которую населяют птицы как чистых исходных фенотипов, так и имеющих комбинированные признаки, возможно, эти формы следует рассматривать в качестве полувидов semicpecies (Степанян 2003).
Распространение и численность. Наиболее крупная в Приморском крае гнездовая популяция восточного луня сосредоточена в Ханкайской котловине (рис. 4, 1). Здесь на отдельных участках площадью 3-5 км2 в 2003-2004 годах плотность гнездования достигает 0.938-1.543 пар на 1 км2 (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2008). По нашим данным, численность восточного луня в отдельных локусах здесь достигает 3 пар/км2 (Глущенко и др. 2006б), при этом она широко варьирует по годам, а в наиболее благоприятных стациях птицы гнездятся рыхлыми поселениями из 2-6 пар (Глущенко и др. 2016).

За пределами Приханкайской низменности летующих птиц в промежуточных нарядах мы многократно наблюдали в долине нижнего течения реки Раздольной. В окрестностях Уссурийска (Глущенко и др. 2003; Глущенко и др. 2006а) гнездование этого луня регистрировали только на озере Кравцово (рис. 4, 2), где в 2002 году гнездились 2 пары, в 2003 году – одна пара, а в другие годы отмечали только летующих птиц. В подобных условиях на лугах в пойме реки Мельгуновки (юг Приханкайской низменности) плотность восточного луня в 2001 году составляла 0.04 пар/км2. На таких же лугах в пойме реки Михайловки (Михайловский район) (рис. 4, 3) в 2001 году (при резком подъёме численности дальневосточной полёвки Microtus fortis) его численность достигала 0.06 пар/км2, в 2002-2003 годах она снизилась до 0.018 пар/км2 (на участке площадью 57 км2 была зарегистрирована одна пара), а в 2004 году этот вид здесь отмечен не был (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2008).
В устье реки Раздольной восточного луня неоднократно встречали в летний период (Назаров 2004; данные авторов) (рис. 4, 4), однако его гнездование здесь лишь предполагается (Воробьёв 1954; Назаров 2004; Nechaev, Gorchakov 2009). Сообщения о размножении этого хищника на побережье Уссурийского залива (Нечаев, Гамова 2009) (рис. 4, 5), так же как и на крайнем юго-западе Приморья (Воробьёв 1954; Шибнев 1989; Нечаев, Гамова 2009) (рис. 4, 6), до настоящего времени не подтверждены конкретным материалом. Пару этих хищников наблюдали 20 июля 1986 на равнине между сопкой Столовая и устьем реки Барабашевки (рис. 4, 7) (Назаров 2004), где также не исключено гнездование восточного луня.

Не известны документированные случаи размножения восточного луня в долине реки Уссури и её притоков. Для бассейна реки Большая Уссурка (до 1972 года – Иман) он считается случайно залётным видом, несмотря на встречи птиц в гнездовой период в его нижнем течении (рис. 4, 8) (Спангенберг 1965). То же самое можно сказать и для низовий реки Бикин (рис. 4, 9), откуда известна летняя встреча самца (Пукинский 2003). На других участках Приморского края, например, в прибрежных районах восточных склонов Сихотэ-Алиня, восточного луня встречали очень редко и преимущественно в период миграций (Лабзюк и др. 1971; Назаренко 1971; Елсуков 2013; Шохрин 2017). Для Северной Кореи известна одна летняя находка луня этого вида, а его гнездование здесь лишь предполагается (Tomek 1999). В Южной Корее летние встречи не зарегистрированы (Moores, Kim 2014).
Весенний пролёт. Весной первые восточные луни появляются в марте или в начале апреля (Шульпин 1936; Воробьёв 1954; Глущенко и др. 2006б), а основная часть птиц прилетает в первой половине апреля. В истоках реки Сунгача Н.М.Пржевальский (1870) впервые наблюдал луней 27 марта 1869, а мы на Приханкайской низменности отмечали их первое появление 2 марта 1978, 3 марта 2000, 18 марта 1993, 22 марта 1973 и 2011, 28 марта 1999, 31 марта 2008 и 2012, 1 апреля 1974, 2 апреля 2010, 3 апреля 1981, 1995 и 2007, 4 апреля 1994 и 1998, 5 апреля 1997 и 6 апреля 2013. Основная часть самцов прибывает на места гнездования в первой декаде апреля.
В окрестностях Уссурийска выраженного пролёта восточных луней нам никогда наблюдать не приходилось: весной одиночных птиц, летящих транзитом на север, в разные годы изредка регистрировали с 13 марта по 22 мая (Глущенко и др. 2008; Глущенко, Коробов 2020). В долине реки Раздольной В.А. Нечаев (2006) встречал одиночных восточных луней 24 марта 1971 и 1990. На острове Большой Пелис (залив Петра Великого) восточных луней наблюдали 11-13 мая 1966 и 12 мая 1968 (Лабзюк и др. 1971).
Местообитания. В гнездовой период восточные луни населяют обширные выровненные заболоченные пространства, отдавая предпочтение тростниковым болотам с большими участками воды (рис. 5) и очень влажным многолетним залежам, возникшим на местах былого рисосеяния, либо чеков, подготовленных для рисовых полей, с густыми куртинами тростника (рис. 6).

Гнездование. Брачные игры восточных луней проходят с конца марта по июль (Глущенко и др. 2016), а их разгар приходится на конец апреля и первую половину мая. Птицы, как правило, токуют над местом гнездования. Самец поднимается высоко в небо «и с звучными, странно мурлыкающими и несколько гнусавыми криками вроде “кваа” или “вваа”, следующих друг за другом», сложив крылья, как сокол падает вниз и затем круто поднимается вверх, снова падает, снова поднимается, повторяя это неоднократно. Самка обычно летает внизу и время от времени ему отвечает. Её крик отличается от крика самца и звучит глухо, как мягкое гнусавое “них…них”. Часто самец просто летает вверху, кружа или просто рея и временами издавая свой крик. В повседневной жизни эти хищники молчаливы (Шульпин 1936).

Строительство гнёзд наблюдали в апреле-мае. Обычно восточные луни размещают их на заломах тростника (рис. 7), редко на хатках ондатры Ondatra zibethicus. Часть построек используется лунями в течение нескольких лет (Глущенко и др. 2006б). Гнездо очень грубое, в виде кучи старых стеблей камыша и тростника, особой выстилки в лотке нет (Шульпин 1936; Воробьёв 1954).
Осмотренные нами на Приханкайской низменности постройки располагались, как правило, на заломах тростника. Основание гнезда птицы строят как в непосредственной близости от уровня воды, так и на высоте до 80 см над ней. Каркас состоит почти исключительно из сухого тростника, частично с корнями и метёлками. Лоток часто выложен сухими стеблями вейника, а глубокая часть гнезда содержит, помимо сухого тростника, сухие стебли рогоза. В лотке или рядом могут лежать перья восточного луня (во время насиживания самки линяют). Размеры гнёзд, мм: диаметр (n = 19) 540-1200, в среднем 822, толщина (n = 9) 195-450, в среднем 247, диаметр лотка (n = 17) 175-300, в среднем 227, глубина лотка (n = 11) 10-90, в среднем 51.

По литературным данным (Шульпин 1936; Воробьёв 1954), полные кладки, содержащие 4-5 яиц, находили уже в первой декаде мая. Согласно собранным нами сведениям, откладка яиц происходит с третьей декады апреля до начала июня, а полные кладки содержат от 2 до 6 (в среднем по 18 кладкам – 3.94) яиц белого цвета с лёгким голубоватозелёным оттенком, но в процессе насиживания они становятся матовобелыми и в разной степени пачкаются (рис. 8).
Самая ранняя кладка из 6 очень слабо насиженных яиц обнаружена 30 апреля 2018, а поздняя известная кладка из 3 ненасиженных яиц относилась к 3 июня 1980. Размеры яиц (n = 66), мм: 44.6-53.2 х 35.7-41.27, в среднем 49.18±0.26 х 38.63±0.16. Масса свежих и слабо насиженных яиц (n = 31): 32.3-47.7, в среднем 40.47±0.76 г.
Вылупление птенцов наблюдали с третьей декады мая (рис. 9), а среднее число птенцов (по 5 гнёздам) составило 3.4.

В мае самки заняты насиживанием и поэтому малозаметны, но уже с первых чисел июня они начинают встречаться не реже самцов. Летающих молодых луней мы отмечали с начала июля. Указание на то, что молодые птицы начинают летать в середине мая (Шибнев 1989), следует считать ошибочным.
Послегнездовые кочёвки, миграции и зимовки. После подъёма на крыло молодые особи нередко держатся в окрестностях гнездового района до конца августа или начала сентября. Откочёвка местной популяции происходит незаметно, а достоверные встречи последних особей на озере Ханка в стациях размножения нами датированы 24 октября 2011, 28 октября 1986, 29 октября 1984 и 18 ноября 1993.
В низовье реки Шмидтовки взрослого самца отметили 18 ноября 1984 (Назаров 2004), а в заповеднике «Кедровая падь» одиночного луня видели 3 октября 1968 (Назаренко 1971). В бухте Нарва одну особь мы встретили 16 ноября 1997.
На юго-востоке Приморского края, в окрестностях Лазовского заповедника, восточного луня наблюдали всего три раза: 18 января 1982, 19 июля 1982 (Лаптев, Медведев 1995) и 18 сентября 2005 в бухте Петрова (Шохрин 2016). В окрестностях Сихотэ-Алинского заповедника он достоверно зарегистрирован только один раз: 25 августа 1976 найден погибший взрослый самец (Елсуков 2013).
В зимний период на Ханкайско-Раздольненской равнине наблюдали только взрослых самцов: 26 января 1986 (Шибнев, Глущенко 1988) и 18 декабря 2002 в восточной части Приханкайской низменности (Глущенко и др. 2016), а в окрестностях села Михайловка, возможно, одну и ту же птицу отмечали 29 декабря 2002, 7 февраля и 1 марта 2003 (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2003).
В качестве зимующей птицы восточный лунь указан, в частности, для Южной Кореи и южной половины Японии (Brazil 2009; Check-List… 2012; Moores, Kim 2014).
Питание. По наблюдениям Л.М.Шульпина (1936), основной пищей восточных луней являются различные утки, лысухи и грызуны. В нижнем течении реки Раздольной в июле 1949 года желудки 3 попавших в капканы птиц содержали только дальневосточных полёвок (Воробьёв 1954). Согласно нашим наблюдениям, а также анализу погадок и желудков, восточные луни питаются дальневосточными полёвками Microtus fortis, ондатрами Ondatra zibethicus, яйцами и птенцами цапель, больших бакланов Phalacrocorax carbo и чаек, которых добывают в колониальных гнездовьях. У самки луня 22 июля 1975 отняли ещё не летающего птенца погоныша-крошки Porzana pusilla. В гнезде, обнаруженном на озере Луповое (Приханкайская низменность) 10 июля 2002, были обнаружены перья уток, лысух Fulica atra и самца амурского волчка Ixobrychus eurhythmus.

Литература

• Волковская-Курдюкова Е.А., Курдюков А.Б. 2003. Новые встречи редких эпизодически зимующих птиц в Приморском крае // Рус. орнитол. журн. 12 (234): 963-966.
• Волковская-Курдюкова Е.А., Курдюков А.Б. 2008. Современное состояние популяций дневных хищных птиц в открытых ландшафтах Южного Приморья // Орнитология 35: 74-82.
• Воробьёв К.А. 1954. Птицы Уссурийского края. М.: 1-360.
• Глущенко Ю.Н., Кальницкая И.Н., Липатова Н.Н. 2003. Об охотничьих и хищных позвоночных Уссурийска // Вопросы лесного и охотничьего хозяйства на юге Дальнего Востока. Юбилейный сборник науч. тр. Уссурийск: 205-214.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В. 2020. Весенний пролёт птиц в долине нижнего течения реки Раздольной (Приморский край) в 2020 году. Сообщение 3. Дневные хищные птицы // Рус. орнитол. журн. 29 (1941): 2907-2921.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В., Кальницкая И.Н. 2008. Весенний пролёт птиц в долине реки Раздольной (Южное Приморье). Сообщение 3. Соколообразные // Рус. орнитол. журн. 17 (426): 971-983.
• Глущенко Ю.Н., Липатова Н.Н., Мартыненко А.Б. 2006а. Птицы города Уссурийска: фауна и динамика населения. Владивосток: 1-264.
• Глущенко Ю.Н., Нечаев В.А., Редькин Я.А. 2016. Птицы Приморского края: краткий фаунистический обзор. М.: 1-523.
• Глущенко Ю.Н., Шибнев Ю.Б., Волковская-Курдюкова Е.А. 2006б. Птицы // Позвоночные животные заповедника «Ханкайский» и Приханкайской низменности. Владивосток: 77-233.
• Елсуков С.В. 2013. Птицы Северо-Восточного Приморья: Неворобьиные. Владивосток: 1-536.
• Лабзюк В.И., Назаров Ю.Н., Нечаев В.А. (1971) 2020. Птицы островов северо-западной части залива Петра Великого // Рус. орнитол. журн. 29 (1981): 4626-4660.
• Лаптев А.А., Медведев В.Н. 1995. Птицы // Кадастр наземных позвоночных животных Лазовского заповедника. (Аннотированные списки видов). Владивосток: 10-42.
• Назаренко А.А. 1971. Краткий обзор птиц заповедника «Кедровая падь» // Орнитологические исследования на юге Дальнего Востока. Владивосток: 12-51.
• Назаров Ю.Н. 2004. Птицы города Владивостока и его окрестностей. Владивосток: 1-276.
• Нечаев В.А. (2006) 2016. Весенние миграции птиц в долине реки Раздольной (Южное Приморье) // Рус. орнитол. журн. 25 (1271): 1269-1276.
• Панов Е.Н. 1973. Птицы Южного Приморья (фауна, биология и поведение). Новосибирск: 1-376.
• Пржевальский Н.М. 1870. Путешествие в Уссурийском крае в 1867-1869 гг. СПб.: 1-298.
• Пукинский Ю.Б. 2003. Гнездовая жизнь птиц бассейна реки Бикин // Тр. С.-Петерб. общ-ва естествоиспыт. Сер. 4. 86: 1-267.
• Спангенберг Е.П. (1965) 2014. Птицы бассейна реки Имана // Рус. орнитол. журн. 23 (1065): 3383-3473.
• Степанян Л.С. 2003. Конспект орнитологической фауны России и сопредельных территорий (в границах СССР как исторической области). М.: 1-808.
• Шибнев Ю.Б. 1989. Камышовый лунь Circus aeruginosus spilonotus Kaup, 1847 // Редкие позвоночные животные советского Дальнего Востока и их охрана. Л.: 85-86.
• Шибнев Ю.Б., Глущенко Ю.Н. 1988. Зимовка хищных птиц в юго-западном Приморье в 1985/1986 гг. // Редкие птицы Дальнего Востока и их охрана. Владивосток: 108-111.
• Шохрин В.П. (2016) 2017. Луни на юго-востоке Приморского края // Рус. орнитол. журн. 26 (1393): 186-188.
• Шохрин В.П. 2017. Птицы Лазовского заповедника и сопредельных территорий. Лазо: 1-648.
• Шульпин Л.М. 1936. Промысловые, охотничьи и хищные птицы Приморья. Владивосток: 1-436.
• Brazil M.A. 2009. Birds of East Asia. London: 1-528.
• Check-List of Japanese Birds. 2012. 7th Revised Edition. Ornithological Society of Japan: 1-439.
• Del Hoyo J., Collar N.J. 2014. HBW and BirdLife International Illustrated Checklist of the Birds of the World. Vol. 1: Non-passeriformes. Barcelona: 1-903.
• Moores N., Kim A. 2014. The Birds Korea Checklist for the Republic of Korea // http:// www.inquiries@birdskorea.org.
• Nechaev V.A., Gorchakov G.A. 2009. Ornithological fauna of Razdolnaya River delta and the adjacent area // Ecological Studies and the State of Ecosystem of Amursky Bay and the Estuarine Zone of the Razdolnaya River (Sea of Japan) 2: 285-320.
• Tomek T. 1999. The birds of North Korea. Non-Passeriformes // Acta zool. cracov. 42, 1: 1-217.