Красноспинная горихвостка — Phoenicurus erythronotus (Eversmann, 1841)

Окраска. У взрослого самца летом голова и шея сверху серые. Узкая полоса на лбу, уздечка, щеки, бока шеи и плечевые черные. Маховые бурые, малые кроющие крыла, внутренние средние и большие кроющие крыла белые, кроющие кисти черноватые с большим белым пятном на них. Вся спина, надхвостье, рулевые (за исключением средней пары которая бурая), горло, зоб, грудь и бока—ржавчато-рыжие, брюхо беловатое, подхвостье охристо-рыжее, испод крыла и подмышечные белые.
У самок спинная сторона тела серовато-бурая, маховые перья имеют светлые каемки, особенно хорошо развитые на второстепенных; белого цвета на кроющих крыла нет, брюшная сторона тела бледная серовато-бурая, середина брюха светлее — беловатая. Подхвостье и рулевые тусклее, чем у самцов. Клюв и ноги у обоих полов черные, радужина бурая. После осенней линьки у самцов широкие сероватые края перьев прикрывают рыжий цвет на спинной и брюшной стороне тела (кроме надхвостья), верх головы также приобретает грязноватый оттенок. Однако уже среди зимы серые концы перьев стираются и птица приобретает описанный выше летний наряд.
Молодая птица в гнездовом пере имеет спинную сторону тела пеструю, в основе бурую с светлоохристыми пятнами ближе к концу перьев и с темными краями перьев, брюшная сторона тела светлее, область брюха без пестроты, подхвостье беловатое, надхвостье и хвост как у взрослой птицы, только несколько тусклее.

По высокогорью Тянь-Шаня на юг до Алайского хребта, на север до Заилийского Алатау и к востоку от него, далее Джунгарский Алатау, Саур и Тарбагатай. На Алтае гнездование установлено в полосе редколесья северо-восточного, центрального, южного и (спорадически) юго-восточного Алтая (Сушкин, 1938). Гнездится в западных и восточных Саянах (подробности мало известны) и по всей Тувинской автономной обл. Дыбовский и Годлевский добыли эту горихвостку у Южного Байкала, а Миддендорф (1853) добыл у Удского Острога (Охотское море), — это случайный залет (экземпляр в Зоологическом институте Академии наук СССР). Вне СССР гнездование установлено в горах Хангая и в Тарбагатае; в Кентее эта горихвостка не найдена, однако, близость установленных мест гнездования в Хамар-Дабане позволяет считать гнездование ее в этих горах возможным. На зимовках может быть встречена уже по р. Или (у Джаркента и Кульджи), в январе-феврале встречается и в окрестностях Алма-Ата. Зимует в Туркмении, в Таджикистане, на Тариме, в Кашмире к востоку до Котокгая, в Афганистане в Бушире и у Персидского залива, один экземпляр добыт нами в феврале на о. Сара (юго-западный угол Каспийского моря). Зимует также в Иране, Ираке, Индии.

Оно помещалось под выступавшим еловым корнем, сделано из переплетенных мхом стебельков, в основании гнезда имелось несколько толстых стеблей, выстилка гнезда из шерсти. Наружный диаметр гнезда 115, высота 105, диаметр лотка 57, глубина его 45 мм; в гнезде обнаружено 5 больших птенцов, сразу же разлетевшихся (Шестоперов, 1926). Вывод птенцов разновременный. В двадцатых числах июля Сушкин находил на Алтае и в Саянах птенцов с хвостом, недоросшим наполовину, и уже полностью оперившихся. В Семиречье летающие молодые наблюдались 11 июля, а 13 июля там были совсем еще молоденькие, только что покинувшие гнездо птенцы, в 30-х числах июля в верховьях Текеса встречено много молодых, по размерам мало отличимых от взрослых птиц.
Линька. Схема как у всех горихвосток. Взрослые птицы начинают линять, видимо, в начале августа или несколько раньше, так как 18 августа в Монголии добыт взрослый самец уже вполне перелинявший. Молодые птицы линяют разновременно в зависимости от сроков вывода. В Саянах птенцы с начавшейся линькой встречались с 24 июля (Сушкин, 1914), но 19 августа Тугариновым (1916) там найден птенец в сплошь пятнистом еще (гнездовом) наряде, В Алтае Сушкин в последних числах августа встречал молодых птиц в гнездовом наряде без признаков линьки и одновременно вполне перелинявших. У добытых в Монголии молодых птиц 15 августа линька только начинается, а у экземпляра от 19 августа линька почти закончена, отдельные перья гнездового наряда сохранились только на голове, плечевых и в области зоба.

juv. Четкие округлые охристые пестрины, окруженные темными окаймлениями перьев на спинной и брюшной сторонах.
♂ Есть белый цвет на кроющих перв. мах.
♀ Нет белого цвета на кроющих перв. мах.

Осень
sad. Нет охристых пестрин на спинной и брюшной сторонах, частичная линька включает контурное оперение» кроме крылышка и части всех кроющих.
♂ Контраст в крыле между старыми и новыми перьями. Полоса на голове и кроющие крыла буровато-черные. Белое пятно на кроющих перв. мах. размытое, иногда плохо заметное.
♀ Нет черного и белого в оперении. Беловатое только брюшко. Контраст в крыле не заметен. К октябрю заметно обношены концы рулевых.
ad. Нет охристых пестрин на спине и брюхе, полная линька. Все оперение свежее.
♂ Нет контраста между черноватыми БВКВМ и СВКВМ, КПМ. Пятно на КПМ чистого белого цвета, четкое.
♀ По окраске см. ♀ sad., но все оперение глянцевое, свежее.

Весна
Брачный наряд образуется путем обнашивания окаймлений.
sad. См. «Осень», но полоса на голове у ♂♂ становится черной без бурого.
ad. См. «Осень», но мах. у ♂♂ становятся буровато-коричневыми, как у sad, а БВКВМ и крылышко остаются черными.
♀ sad = ♀ ad.

Подробнее о сокращениях можно прочесть здесь.

Песня

Позывка
 
Сайты  
www.xeno-canto.org

Синоним. Sylvia erythronota Ev.

Описание. У самца верхняя сторона головы и шеи пепельно-серые. Спина и надхвостье яркие, красновато-рыжие, хвост ярко-рыжий, за исключением центральной бурой пары рулевых. Крылья темно-бурые, с широкой белой полосой вдоль предплечья. Нижняя сторона тела от горла до белого брюшка и бока ярко-рыжие. После осенней линьки оперение рыхлое, с широкими рассученными сероватыми концами перьев на верхней стороне тела и беловатыми на нижней, поэтому в свежем пере окраска верхней стороны тела серовато-бурая, через которую просвечивают красновато-рыжие пестрины. Бока тела и грудь белесые, с рыжими пестринами.
Ноги и клюв черные, радужина коричневая.
Самка сверху песчано-бурая, с рыжеватым надхвостьем и ярко рыжими рулевыми и кроющими хвоста. Нижняя сторона тела светлее — сероватая, с охристым оттенком. Крылья бурые; кроющие крыла на предплечье имеют белые концы, образующие белую поперечную полоску. Большие кроющие крыла и внутренние второстепенные с широкими охристо-белыми каемками, по белым и охристым каемкам, на крыле самки красноспинной горихвостки хорошо отличаются от других горихвосток. Ноги и клюв бурые.
Птенцы в гнездовом пере резко пятнистые. Верхняя сторона тела у них темно-серая, с охристыми мелкими вершинными пятнами и узкими черными каемками но краю опахал. Нижняя сторона тела охристо-беловатая, с темным чешуйчатым рисунком; светлые перья по вершине окаймлены узкой черной полоской.

Птенцы на голове и плечевых участках кожи покрыты серым пухом.
Яйца бледно-голубоватого тона, с большими размытыми ржавчатыми пятнами, покрывающими всю скорлупу, но особенно густо сосредоточенными у тупого конца. Размеры 18,6-20,3 х 14,2-15,6 мм.
Ареал красноспинной горихвостки очень небольшой. Он занимает высокогорье от Алайского, Ферганского и Киргизского хребтов на юге, проходит по Заилийскому, Кунгей и Джунгарскому Алатау, Сауру, Алтаю, Хангаю, Саянам и по Хаман-Дабану до Байкала. Гнездящаяся, перелетная птица, зимует от предгорий Заилийского Алатау и Прибалхашья до Персидского залива, Афганистана и Индии.

Биотоп. Распространение красноспинной горихвостки связано с верхней частью горных лесов и субальпийским поясом. В хребтах Тянь-Шаня она живет в пределах 2300-3500 м от верхних ельников и буквально до последних кустарников на склонах альпийского луга. Поселяется здесь красноспинка на сухих склонах гор с зарослями кустарников, а иногда и просто среди высокотравья. В густых участках леса не встречается, но охотно поселяется в разреженном светлом лесу или около одиночных высокоствольных деревьев у верхней границы леса. Часто эту горихвостку можно видеть в арчевниках или среди зарослей жимолости и таволги там, где пятна кустарников чередуются с участками сухой степи или альпийского луга. Наличие скал или участков каменистых осыпей не является обязательным при выборе мест гнездовья, однако очень часто красноспинка поселяется как в нишах под навесом отдельных камней, так и около осыпей. На пролете и зимой держится как в нижней части горных хребтов, где обитает среди лиственного леса и кустарников, так и на равнине, там, где есть высокоствольные деревья или кустарники. Чаще ее можно видеть в тугаях крупных рек, реже в садах населенных пунктов, в парках городов.
Полевые признаки. В природе самцы красноспинки легко отличаются от других видов горихвосток яркой, красновато-рыжей спиной. Это очень подвижная птица. Держится она и в кустах, и на земле, и на камнях, постоянно перелетая с одного места на другое. По земле передвигается небольшими прыжками. Постоянное вздергивание хвостом, характерное для всех горихвосток, свойственно и этой птичке. Благодаря яркой окраске, живости и малой осторожности красноспинка невольно обращает на себя внимание. В брачный период самцы поют, сидя на кустике или камне. Песня приятная, довольно разнообразная и достаточно хорошо отличающаяся от песни других горихвосток. Поющие птицы то поднимают кверху свой яркий хвост, то, развернув его, опускают вниз, одновременно немного растопыривая крылья.
Питание. Красноспинка преимущественно насекомоядная птица, однако и в летнее время в ее пище могут встречаться ягоды и другие растительные корма, а зимой, особенно в сильные морозы, ягоды иногда становятся главной пищей. Но, как только появится достаточное количество насекомых, птицы сразу отдают им предпочтение. В Таласском Алатау (заповедник Аксу-Джабаглы) у 12 птиц, добытых в октябре, декабре и марте, в пище преобладали беспозвоночные: жуки (долгоносики, стафилины, чернотелки, плавунец, навозники), муравьи, саранчовые, клопы-щитники, остатки стрекоз, личинки мух, перепончатокрылые, паук, многоножка. Только в трех желудках кроме насекомых были и семена. Наоборот, у птиц, добытых в период с 14 по 22 января, в желудках находились только мелкие семена и ягоды барбариса. У красноспинок, добытых в июле и августе в Заилийском Алатау, в желудках найдены остатки насекомых и моллюск и в одном случае — ягоды жимолости. В осеннее время кроме насекомых отмечены и семена. В конце декабря у одной птицы, добытой около Алма-Аты, в содержимом желудка была обнаружена только растительная пища — ягоды брионии, семена и черешки крушины и семена барбариса; у другой, добытой 20 февраля, большую часть пищи составляли насекомые — мухи (сем. Dolichopodides), клоп, слоник, жук-щитоноска, многоножки, к которым добавлялось немного семян вьюнка и зеленые растительные остатки. Весной пища птиц состоит только из насекомых. В Джунгарском Алатау у птиц, добытых осенью, в пище отмечены только беспозвоночные: стафилины, листогрызы, саранчовые, лластинчатоусые жуки и иксодовые клещи. Таким образом, красноспинка полностью переходит на растительную пищу лишь на короткий, самый холодный период года, а в остальное время предпочитает поедать беспозвоночных, главным образом насекомых. В пище молодых отмечены жуки (жужелицы, слоники), гусеницы крапивницы и совки, бабочки совки. Кормится на земле, собирая пищу с почвы, травы или склевывает ее с веток кустарников, насекомых часто ловит и в воздухе.
В южной части Казахстана, где красноспинка довольно обычна на зимовке, подметить начало весенних миграций довольно трудно. Начинаются они, видимо, с начала марта, когда птиц становится значительно больше.

Летят одиночками и небольшими стайками, сначала появляются самцы, и лишь спустя несколько дней начинается пролет самок. Прилет на места гнездовья в значительной степени зависит от наличия в горах снега. В годы с многоснежными зимами на обтаявших склонах отдельные птицы появляются так же рано, как и с малоснежными и рано начинают гнездиться, но массовый прилет и начало кладки очень сильно растянуты. Брачный период у поздноприлетевших сокращен и плохо выражен. Примером этому могут служить наблюдения на Большом Алматинском озере. Весной 1964 г. после очень многоснежной зимы в районе поселка, у озера, и ниже в середине мая самцы держались еще одиночками и мало пели. Первое образование пар здесь было отмечено лишь 19 мая, 23 мая встречена самка с гнездовым материалом. Таким образом, брачный период был почти незаметен. Вместе с тем на участках открытых юго-восточных склонов даже выше описанных мест гнезда с птенцами были найдены 6 июня, а вылет отмечался с 16 июня. После малоснежной зимы 1965 г. в этих же местах прилет самцов отмечен 1 апреля. Птицы держали себя очень активно, много пели. Самки появились 9 апреля, и образование пар наблюдалось 17-20 апреля; 5 мая было найдено уже почти готовое гнездо, в котором 7 мая появилось первое яйцо.

В разнообразных условиях высокогорья в малоснежные годы птицы начинают гнездиться одновременно всюду, брачный период хорошо выражен и довольно сильно растянут. В неблагоприятные годы только незначительная часть птиц вовремя находит подходящие условия, у остальных гнездовой цикл запаздывает. Красноспинка имеет две кладки, в связи с этим гнездовой период у нее сильно растянут. Гнезда устраиваются в ямках на земле под прикрытием камня, веток кустарника или пучка травы, в нишах, образующихся между корнями деревьев, в глубине моховых кочек, а иногда и в вертикальных стенках, по бокам дорог, в шурфах и канавах. Микрорельеф при выборе места для гнезда существенного значения не имеет. Красноспинки устраивают гнезда и на ровных площадках, и на крутых склонах, и в отвесных земляных стенках. Наличие скал или камней не является обязательным условием при выборе гнездового участка, однако птицы очень охотно используют укрытия у камней. Из 36 гнезд, найденных в районе Большого Алматинского озера, 15 были устроены в земляных ямках под навесами камней, одно — в нише между камнями и одно лежало на ровном камне, сверху прикрытое куском дерна. Остальные гнезда устроены в земляной ямке под прикрытием веточек кустарников, пучков травы или в пустотах между корнями деревьев.
Гнездовая постройка всегда имеет форму толстостенной чаши, сплетенной из сухих веточек ели, мха, стебельков трав, корешков. Иногда лоточек выстилается шерстью, н.о чаще гнездовой выстилкой служит мох. Часто встречаются гнезда, построенные почти из одного мха, значительно реже — в которых мох полностью заменен сухой травой. Отличия в расположении гнезд можно видеть на следующих примерах.
Гнездо, найденное в ельнике хр. Кетмень, было устроено на земле, под горизонтальным толстым корнем, а сверху скрыто толщей мха. Сбоку в гнездо вел небольшой горизонтальный ход. Само гнездо представляло массивную постройку из тонких сухих еловых веточек и стеблей трав, переложенных мхом, им же было выстлано гнездо внутри. Наружный диаметр гнезда 10 см, внутренний 5 см, глубина лотка 3 см. Существенно отличается расположение более открытых гнезд. В Большом Алматинском ущ. одно из гнезд красноспинки помещалось на северном степном склоне, в углублении, на земле, под кустиком подсохшей арчи. Гнездо имело обычную чашевидную форму с толстыми стенками. В основании постройки — сухие веточки ели, луб арчи, одно перо птицы и мелкие корешки, которые вместе составляли 25% объема всего строительного материала. Стенки гнезда были сплетены из мха (50 %) и сухих тонких стебельков злаков (25%).

Насиживание продолжается 13-15 дней. Птенцов выкармливают самка и самец. Интервалы между прилетами с пищей к гнезду в зависимости от времени дня и погоды могут колебаться в пределах от 0,5 до 20 минут. Птенцы остаются в гнезде до 15 дней, но часто покидают его еще не умея летать. В последние дни перед вылетом иногда выходят из гнезда навстречу родителям, несущим корм. В некоторых случаях птенцы первое время после вылета возвращаются в гнездо на ночевку (на Большом Алматинском озере зарегистрировано два таких случая).
Вылетевших птенцов первое время продолжают кормить родители, В августе красноспинки остаются еще на местах гнездования, и только в сентябре начинаются откочевки в нижние пояса гор. Хорошо выраженный пролет почти повсеместно идет в октябре.

Красноспинная горихвостка — очень полезная птица, так как в массе уничтожает насекомых, среди которых большая часть — вредители леса.
 
Литература  
• «Птицы Казахстана». Долгушин И.А., Корелов М.Н., Кузьмина М.А., Гаврилов Э.И., Гаврин В.Ф., Ковшарь А.Ф., Бородихин И.Ф., Родионов Э.Ф. Под общей редакцией Долгушина И.А. и Корелова М.Н. Изд. «Наука» Казахской ССР. Алма-Ата. 197О г. том 3. стр. 584-591.

Распространение и приуроченность. Красноспинная гори­хвостка, распространенная неширокой полосой по горным районам от Байкала до Алайского хребта, находит в Тянь-Шане южный предел своего ареала. Это характернейший оби­татель субвысокогорья всех хребтов, имеющих достаточно развитый пояс елового леса. В связи с этим в Западном Тянь-Шане она не гнездится, но довольно обычна на зимовке. Чис­ленность красноспинной горихвостки в Тянь-Шане постепенно убывает с севера на юг: в Кетмене, Заилийском и Кунгей-Алатау она обычна, в хребтах Внутреннего Тянь-Шаня немного­численна (Степанян, 1960а).
В своем распространении красноспинная горихвостка свя­зана прежде всего с верхней границей хвойного леса и редко­лесьями. Вниз, в лесной пояс, она проникает примерно до вы­соты произрастания арчи, вверх — до самых последних кустар­ников на скалах и альпийских лужайках. Крайние точки ее распространения на гнездовье 2300-3500 м над ур.м., но в большинстве хребтов редко поднимается выше 3000 м. Как видно, это типичный обитатель именно субвысокогорья, почти эндемик, лишь незначительно проникающий на гнездовье в альпийский пояс.

Характер пребывания. Даты. На зимний период красно­спинная горихвостка в Тянь-Шане откочевывает в предгорья и низкие межгорные долины. Часть птиц предпринимает даль­ние перемещения, так как зимой эти горихвостки в массе по­являются в хребтах Западного Тянь-Шаня, где не гнездятся.
Весной у верхней границы леса появляются во второй поло­вине марта. На Большом Алматинском озере (2500 м над ур.м.) первые самцы появились в 1973 г. 21 марта, в 1974 г. — 18 марта; первых самок встречали мы в конце марта — нача­ле апреля. Немногим раньше, 8 марта 1959 г., встречена крас­носпинная горихвостка на высоте 2200 м в Киргизском Алатау (Кузнецов, 1962). Во Внутреннем Тянь-Шане они поднима­ются из долин в горы в конце марта — апреле (Янушевич и др., 1960) и в это же время исчезают с мест зимовок в Та­ласском Алатау (Ковшарь, 1966).
Осенние откочевки в нижние пояса гор начинаются в конце сентября — начале октября. В Чуйской долине первые красно­спинные горихвостки отмечены 2 октября, на побережье оз. Иссык-Куль — 6 октября (Янушевич и др., 1960), в районе Алма-Аты пролет их идет с первой декады октября до ноября (Кузьмина, 1970). На местах зимовок в Таласском Алатау по­являются обычно 7-19 октября (Ковшарь, 1966), но в 1933 г. одиночку встретили уже 11 сентября (Шульпин, 1965). В суб­высокогорье численность их в сентябре заметно снижается.
Наиболее поздние встречи в районе Б. Алматинского озера — 26 октября 1972 г., 20 октября 1973 г. и 26 октября 1975 г.; во всех перечисленных случаях отмечены одиночные самки.

Пение и образование пар. Первые песни красноспинных горихвосток слышны вскоре после прилета — 23 марта 1973 г. и 28 марта 1974 г. Заканчивается пение в начале июля (1 ию­ля 1972 г., 3 июля 1973 г., 9 июля 1975 г.), только дважды мы слышали тихие песни у выводков позже этих сроков — 11 и 21 июля 1973 г. Общая продолжительность регулярного пе­ния — 102-110 дней.
В отличие от других представителей своего рода красно­спинная горихвостка поет мало и тихо. Песня ее — приглу­шенный журчащий щебет, напоминающий скорее подпесню, чем настоящую песню. Наиболее характерная черта ее — не­прерывность. Строфа переходит в другую и песня в итоге почти без пауз, и так по пять-шесть, а то и больше песен под­ряд. Подражательные способности этого вида, по-видимому, невелики: лишь у 2 самцов песня начиналась точной копией песни джунгарской гаички, но в отличие от нее горихвостка; употребляла всего два слога, тогда как у синицы их 4-5.
Как правило, самцы поют на ветвях деревьев и кустарни­ков, реже — на камнях и скалах, меняя место через каждые 10-15 мин пения. Но нередко поют также на лету и даже со­вершают иногда токовые полеты — молча планируют с раз­вернутым, как веер, хвостом, а приземлившись, запевают. Та­кие полеты наблюдали мы 22 и 23 апреля 1972 г., тогда же вйдели, как ухаживающий за самкой самец поднимал хвост вертикально — почти как соловей-красношейка, что гори­хвосткам совсем не свойственно.
Максимум вокальной активности этих горихвосток прихо­дится на апрель — начало мая. Но даже в это время они поют гораздо меньше других горихвосток, и, кроме того, тихая пес­ня их не всегда замечается в общем птичьем хоре. Хорошим примером служит тот факт, что в Заилийском Алатау в 1971 — 1974 гг. при специальных наблюдениях за суточным режимом пения птиц нам удалось зарегистрировать 396 случаев пения седоголовой горихвостки и всего 63 — красноспинной, хотя по численности эти виды здесь примерно равны. Анализ этих сведений показал, что красноспинная горихвостка поет в те­чение всего светлого времени суток с примерно одинаково низкой активностью.
Максимальная интенсивность пения — 138 песен за 15 мин, что в переводе дает 552 песни в час. Так пел 22 мая 1973 г. самец у гнезда с кладкой, которую самка оставила несколько» дней назад. За час, с 14 до 15 ч, он спел 410 песен (74,3 %).
На следующее утро, с 10 до 11 ч, он же спел 401 песню. Вто­рой самец в канун начала кладки (24—28 апреля 1975 г.) пел от 256 до 354 песен в час, третий 18 мая 1972 г. спел 407 песен за час. Во всех остальных известных нам случаях интенсив­ность пения была во много раз ниже. Как и у большинства других птиц, самцы красноспинной горихвостки практически не поют, пока самки вьют гнезда, сравнительно мало поют во время насиживания и совсем замолкают при выкармливании птенцов. Лишь иногда во время поисков корма вдали от гнез­да самцы очень тихо щебечут, настолько тихо, что едва слыш­ны на расстоянии 10—15 м. Столь же тихо журчат они иногда около выводков. И то и другое явление редки, наблюдать их удалось всего по одному разу.
Самое раннее начало образования пары отмечено 29 марта 1974 г. В этот день дважды встречены группы по 2 самца и 1 самке; самцы пели и гоняли друг друга. Такие же драки наб­людали мы 23 апреля 1972 г. и 10 апреля 1975 г. Во всех трех случаях церемониал турнира был одинаков: распушившись и сгорбившись, каждый самец разворачивал веером хвост, так что становилась хорошо заметной темная центральная пара рулевых, и с вытянутым вперед клювом наскакивал на про­тивника с характерным жужжащим звуком в присутствии самки, которая оставалась неподвижной. После изгнания про­тивника оставшийся самец, перелетая на короткие расстоя­ния, уводил за собой самку.
К середине апреля разбивка на пары в основном заканчи­вается. Так, 17 апреля 1973 г. на маршруте 3 км стелющихся арчевников (2500-2700 м над ур.м.) мы насчитали пять пар и не видели ни одной одиночки. Во всех этих парах самцы, си­дя на кустах, молча охраняли кормящихся на земле самок, изредка предупреждая их коротким отрывистым пис­ком, которого в другое время от них слышать не приходилось. В 1975 г. первая пара встречена 10 апреля, а 13 апреля в дру­гом месте самка собирала уже материал для гнезда.
Пары непостоянны, нередко уже второе гнездование в том же сезоне совершается с другим партнером. Ни одна из 25 по­меченных пар не сохранилась на следующий год.

Гнездовой консерватизм. В 1971—1975 гг. в окрестностях Б. Алматинского озера мы пометили 59 взрослых (30 самцов и 29 самок, в том числе 25 пар) и 195 птенцов в 45 гнездах. Получено 16 возвратов от взрослых птиц (10 самцов и 6 са­мок) и 7 возвратов от птенцов. Как самки, так и самцы гнез­дятся обычно в 50—300 м (в среднем 102 м) от своих преж­них гнезд, и только в двух случаях самец и самка переселились на 2 км. По вертикали перемещения незначительны — до 200—300 м. Молодняк (вернулось 2 самки и 5 самцов) поселяется на гораздо большем расстоянии от мест мечения — 1000-3000, в среднем 1800 м.

Гнездовой участок. Размер охраняемой территории уста­новить трудно, так как самцы этого вида нередко ведут себя агрессивно по отношению к особям своего и чужих видов очень далеко от гнезда или даже тогда, когда его вовсе нет. Нам приходилось наблюдать, как самец красноспинной гори­хвостки несколько раз прогнал самца седоголовой с места сбо­ра корма, в 200 м от своего гнезда с птенцами; второй в 150 м от гнезда набросился на самца краснобрюхой горихвостки, третий 9 апреля 1972 г. на пролете (1700 м над ур. м.) прого­нял с лужайки самку белошапочной овсянки.
Минимальное расстояние между соседними гнездами 150—200 м, лишь раз — 70 м, причем оба гнезда были в одинако­вых фазах репродуктивного цикла (откладка яиц начата 2 и 4 мая).
С другими горихвостками могут устраивать гнезда горазда ближе: с седоголовой — всего в 30 м, с обыкновенной — в 40 м. Во всех этих случаях самцы красноспинных горихвосток в постоянных стычках побеждали своих более слабых соседей. Еще ближе были расположены гнезда этой горихвостки от гнезд зарнички (12 м) и черной вороны (10 м). За кормом для птенцов большинство пар летает на расстояние 100—300 м.
Второй репродуктивный цикл проходит обычно на том же гнездовом участке. Но после неудачного гнездования иногда перемещаются на значительные расстояния (однажды на 2 км и на 200 м по вертикали).

Гнездо. Гнезда красноспинных горихвосток располагают­ся на земле под прикрытием, гораздо реже — в камнях (рис. 8). В Заилийском Алатау в 1971—1976 гг. из 95 гнезд только два лежали на поверхности камня — одно в трещине между камнями, второе — на полочке скалы. Еще одно гнезда опиралось дном на веточки арчи, лежащие на земле. Осталь­ные 92 гнезда помещались в земляной ямке под прикрытием камней (50 гнезд), корней дерева (6), ветвей кустарника (2) или просто травы — как прошлогодней, так и растущей (34). В таких ямках находились и 25 гнезд, найденных здесь б 1964—1967 гг. (Гаврилов, Ковшарь, 1972). В земляных ямках помещались также все гнезда, найденные на территории Кир­гизии (Степанян, 1960; Янушевич и др., 1960), в хребтах Кет­мень (Корелов, 1956) и Терскей-Алатау (Винокуров, 1961).
Основную часть гнезда составляет мох, обнаруженный во всех гнездах (табл. 44).
Общая масса гнезда очень варьирует у разных пар, но средняя масса относительно постоянна, только в 1974 г. гнез­да этих горихвосток были почти в 1,5 раза массивнее, чем в предыдущие годы.
Поздние гнезда легче ранних. Так, средняя масса 20 май­ских гнезд составила 42,1 г, июньских (13) — 33,7, июльских (4) — 30,7 г. Разница между ними — в толщине мохового слоя, теплая выстилка лотка почти одинакова в мае и июне. Умень­шение массы при позднем гнездовании хорошо заметно на гнездах одной самки: в начале мая — 39,9 г, а в конце июня (для второй кладки) — всего лишь 13,6 г. Вторая самка в на­чале июня свила гнездо массой 34,1 г (второй репродуктив­ный цикл), а в середине июля — 24,3 г (третий цикл).

Репродуктивный цикл. Строительство гнезда. Гнездо строит самка, преимущественно в утренние часы, но при позд­нем гнездовании — и во второй половине дня. Материал берет в 10—30 м и так же, как и многие другие птицы, укладывает не каждую порцию, а по нескольку накопившихся за три-пять прилетов. В одном гнезде 25 апреля 1973 г. с 9 до 12 ч самка принесла материал 17 раз, в другом 7 мая 1974 г. — 7 раз за 1 ч, в третьем 1 июля 1972 г. — 21 раз за 2 ч.

Самцы во всех грех случаях находились рядом, но материал не носили и не пели, только у последнего гнезда самец иногда издавал очень тихую трель, едва слышимую на расстоянии 30 м.
Гнезда для первых кладок строятся 1—2 нед (одно гнездо было построено за 5 дней, два — за 6, одно — за 7 и одно за 12 дней), для вторых и повторных — немного быстрее (2 гнезда в июне — за 3 и 5 дней).
Откладка и насиживание яиц. В мае самки начинают нес­тись либо на второй день после окончания постройки (один случай), либо через 2-4 сут (четыре случая), сведений о на­чале кладки яиц в июне — июле нет.

Насиживание начинается с момента откладки последнего яйца и длится 14 (три гнезда), 15 (три гнезда) и даже 16 (од­но гнездо) сут. На яйцах сидит только самка, которая кормит­ся самостоятельно.
Выкармливание гнездовых птенцов. Пуховой птенец крас­носпинной горихвостки в отличие от многих других видов это­го рода имеет пух только на четырех птерилиях: надглазнич­ной, затылочной, плечевой и спинной (Ковшарь, 1974а). Ни один из 87 пуховичков, осмотренных мной в 21 гнезде, не имел следов опушения на веках. Кормят птенцов самец и самка (табл. 45). Первую неделю самка много времени тратит на обогревание птенцов. Так, в гнезде № 158 21 июля 1971 г. сам­ка обогревала 2-дневных птенцов 40,3 % всего светлого време­ни суток, при этом в первые 3 ч (с 5 до 8 ч) — 52,8 %, во вто­рые — 40,5, в третьи — 23,3 %; с 14 до 16 ч — ни одной мину­ты; с 16 до 19 ч — 40,5 %, с 19 до 20 ч — 73,3 %. Далее, 3-дневных птенцов (гнездо 22) самка обогревала 50% времени, а 4-дневных (гнездо 116) — 41 %; но 7-9-дневных птенцов (гнезда 16 и 26) самки уже не грели.

В среднем самцы кормят птенцов почти в 1,5 раза чаще самок: на их долю приходится 500 из 855 (58,2 %) прилетов с кормом. В больших выводках, несмотря на большее число прилетов, на долю каждого птенца их приходится меньше, чем в маленьких выводках. Это проверено экспериментально: 9 июня 1972 г. мы переложили одного птенца из гнезда № 26 в гнездо № 22 и число прилетов в обоих гнездах резко измени­лось (табл. 45).
Об этом же свидетельствуют и наблюдения за гнездом № 16, где 1 из 4 птенцов погиб в возрасте 8 сут.
Таким образом, частота кормления, изменяясь соответст­венно величине выводка, немного отстает от нее, поэтому в маленьких выводках каждый птенец получает больше корма, чем в крупных.
Основу корма гнездовых птенцов составляют представите­ли трех отрядов насекомых (бабочки, двукрылые и прямокры­лые) и пауки; все вместе они составляют 83,6 % кормовых объектов (табл. 46). На первом месте среди них находятся гусеницы бабочек, из которых чаще всего поедаются нимфалиды (33 экз.) и пяденицы (28), вдвое реже — белянки и совки (по 14 экз., причем у первых только гусеницы, а у совок — 9 имаго и 5 гусениц). На долю этих четырех семейств чешуе­крылых приходится половина всех съедаемых птенцами бабочек и гусениц.

Вторая половина представлена семействами: древоточцы, огневки, парусники, голубянки, бархатницы, вол­нянки, медведицы.
Среди двукрылых четвертую часть составляют комары-долгоножки, остальные 3Д — представители семейств: Fungivoridae, Bibionidae, Tabanidae, Therevidae, Asilidae, Conopidae, Muscidae, Larvivoridae. Из перепончатокрылых определены: пилильщики, наездники (Ichneumonidae), муравьи (роды: Formica, Messor), настоящие осы; из жуков — кожееды, лис­тоеды, жужелицы, долгоносики, усачи и щелкуны. Клопы представлены щитниками, равнокрылые хоботные — цикадами и тлями, прямокрылые — видами Chortippus jacobsoni и Соnophyma almashyi, ракообразные — мокрицами.
Пища птенцов первого и второго выводков различается только соотношением основных компонентов (табл. 47).
В мае — июне горихвостки гораздо чаще скармливают птен­цам гусениц, в июле роль их снижается почти вдвое, зато в 5-6 раз возрастает значение прямокрылых. Двукрылые и пауки одинаково часто приносятся и в мае и в июле.

Послегнездовая жизнь. В Заилийском Алатау 10 гнезд птенцы покинули в возрасте 16 сут, по одному гнезду — через 17 и 18 сут. Гнездовой период в четырех случаях был равен 40-44 сут.
Около 2 нед после вылета птенцы держатся преимуществ венно в пределах гнездового участка и нередко к вечеру ока­зываются рядом с гнездом. Имеются даже указания (Кузьми­на, 1970; Гаврилов, Ковшарь, 1972), что иногда птенцы воз­вращаются на ночь в гнездо после вылета. Однако основаны они на двух наблюдениях за выводками, преждевременно по­кинувшими гнезда. Птенцы, вылетевшие в нормальные сроки, в гнездо уже не возвращаются (проверяли гнезда в ночное время).
Наблюдениями за шестью мечеными выводками удалось установить, что самец и самка кормят слетков 11-15 дней, первый выводок самка прекращает кормить гораздо раньше, так как начинает вторую кладку. Первые признаки линьки у птенцов второго выводка замечены через 36 и 33 сут после вылета. Птенец из третьего выводка, покинувшего гнездо 30 июля, 31 августа еще не начинал линять, а молодой самец раннего выводка (вылетел 13 июня) полностью закончил линьку к 23 августа. Таким образом, линька молодняка начи­нается через месяц после оставления гнезда, а еще через ме­сяц она заканчивается.
Иногда во время линьки, накануне или вскоре после окончания ее молодые самцы пробуют петь. Такие неуверенные, тихие песни первогодков отмечали мы 14 августа 1972 г., 28 августа 1973 г., 11 августа 1974 г. и 13 августа 1975 г.; в двух случаях певшие самцы линяли. В питании линных гори­хвосток в августе немаловажную роль играют ягоды — преж­де всего жимолости. В Заилийском Алатау отмечено также поедание ягод кизильника, в Киргизском — барбариса (Куз­нецов, 1962). Это в равной мере относится и к взрослым гори­хвосткам, которые линяют также в основном в августе. При этом, как выяснилось, самцы начинают линять гораздо рань­ше самок, когда птенцы второго выводка находятся еще в гнез­де. Так, из 8 самцов, отловленных на гнездах с птенцами с 19 июля по 8 августа 1973—1975 гг., только один (19 июля 1973 г.) не линял, остальные меняли 7-10-е первостепенные маховые и часть рулевых. Из 6 отловленных в этих же гнездах самок только одна (1 августа 1974 г.) начала линьку — у нее отрастали 9-е и 10-е первостепенные маховые.
На конец июля приходится начало линьки взрослых и в Киргизском Алатау (Кузнецов, 1962). В течение августа линяющие взрослые держатся скрытно и редко попадаются на глаза. Многие из них, особенно самцы, линяют очень бурно, теряя почти одновременно все рулевые и часть маховых. Та­кие бесхвостые самцы с трудом летают, поэтому держатся чаще всего внутри густых кустов. В Заилийском Алатау мы отмечали их 3—26 августа 1974 г., 4—25 августа 1975 г. Осо­би, не имевшие второго репродуктивного цикла, могут пере­линять раньше. В 1974 г. одну такую самку, уже заканчиваю­щую линьку, мы добыли 17 августа.

Сроки размножения. Число циклов. Начало кладки у красноспинной горихвостки в разных хребтах Тянь-Шаня растянуто на 80-90 дней, однако наибольшее число самок начинает нестись в первые 20 дней мая (табл. 48).
Наличие второго репродуктивного цикла у этого вида уда­лось установить по наблюдениям за мечеными птицами в Заи­лийском Алатау (табл. 49). Проходит он на том же участке, что и первый, иногда всего в 6-8 м от старого гнезда. Про­межуток между началом первой и второй кладок 32-52 сут. Плодовитость при второй кладке не ниже, а в трех случаях — даже выше, чем при первой.
В 1974 г. мы наблюдали даже три репродуктивных цикла у красноспинной горихвостки. Гнездо для второй кладки самка построила в 8 м от первого, а третье — в 25 от первого и 30 м от второго. Первая кладка начата 2 мая, 4 птенца поки­нули гнездо 6 июня, а 29 июня эта же пара горихвосток кор­мила 4 пуховичков во втором гнезде. Эти птенцы покинули гнездо 12 июля, а 8 августа самец и самка носили корм в третье гнездо с 5 полуоперенными птенцами. Судя по возра­сту птенцов, первое яйцо в этом гнезде появилось 10-11 ию­ля, т.е. в день вылета второго выводка (первое яйцо второй кладки появилось через 3—4 сут после вылета первого вы­водка). Таким образом, за один летний сезон самка красно­спинной горихвостки снесла 13 яиц и вместе с самцом выкормила 13 птенцов.

Такая высокая плодовитость отмечается у этого вида впервые. Обращает на себя внимание то, что в третьей кладке было больше яиц, чем в двух предыдущих.

Плодозитость. Кладка (63): 3(3) — 4(21) — 5(35) — 6(4), средняя 4,63.
Число птенцов (62): 2(1) — 3(2) — 4(30) — 5(28) — 6(1), среднее 4,4. Наибольшая величина средней клад­ки была в 1975 г. (5,4 яйца), наименьшая — в 1964 г. (3,8 яйца).
В течение сезона наблюдается заметное увеличение сред­ней величины кладки к первой половине июня: в мае она равна 4,55, в июне — 4,74, в июле — 4,33 яйца на гнездо. Та­кую же тенденцию обнаруживает и средняя величина вывод­ка: в мае — 4,50, в июне — 4,71, в июле — 4,16 птенца на гнез­до. В связи с этим величина второй кладки не только не меньше, но в ряде случаев даже больше, чем первой (см. табл. 49). К сведениям, приведенным в этой таблице, можно добавить, что в 1972 г. самка, потерявшая кладку в 5 яиц, отложила повторно 6, а в 1974 г. в третьей кладке было 5 птенцов — на одного больше, чем в каждой из двух предыду­щих.
В 71 гнезде красноспинной горихвостки на 313 птенцов приходилось 15 неоплодотворенных яиц (4,5 %). Максимальное число «болтунов» — 2 в кладке из 5 яиц (25 мая 1973 г.) и столько же — в кладке из 4 яиц (17 июля 1973 г.).

В 1971—1975 гг. в Заилийском Алатау прослежена судьба 74 гнезд красноспинной горихвостки. Из них уцелело до вы­лета 47 (63,5 %), 3 гнезда (4 %) брошены с кладками, осталь­ные 24 (32,5 %) разорены. В 1964-1967 гг. в этом же урочи­ще 20 пар из 26 (77 %) успешно закончили гнездование (Гав­рилов, Ковшарь, 1972).
Помимо гибели от обычных врагов (горностая, куницы, сороки, черной вороны) у красноспинных горихвосток дваж­ды была отмечена гибель пуховичков от голых слизней Limax turkestanus, которые выедают участки оголенной кожи на бо­ках, шее и голове. В целом успешность гнездования красно­спинной горихвостки в Заилийском Алатау примерно равна среднему показателю для большинства воробьиных в Тянь-Шане (Ковшарь, 19726).
 
Литература  
• «Певчие птицы в субвысокогорье Тянь-Шаня (очерки летней жизни фоновых видов)». Ковшарь А.Ф. Алма-Ата. 1979 г. стр. 122-134.

Eversmann, 1841, Add. ad Pall. Zoogr. Rosso-Asiat., II : 11 (Sylvia erythronota);
Мензбир, 1895, II : 1009 (Ruticilla erythronota Eversm.);
Дементьев, 1937, IV : 274;
Сушкин, 1938, II : 210;
Шнитников, 1949 : 553.

Складом тела и повадками напоминает чернушку и лысушку, но окраска иная; в позывке трещащие звуки.
У взрослого самца верхняя сторона головы и шеи бледноцепельно-серая. Спина и надхвостье яркокрасно-рыжие. Начиная от лба, по бокам головы и шеи тянется черная полоса; она сливается с черно-бурыми плечами и дает ответвление к спине, разделяя рыжую спину и серую шапочку. Крылья черно-бурые, с двумя белыми пятнами: большим вдоль предплечья и маленьким на кроющих кисти. Хвост ржаво-рыжий, за исключением бурой центральной пары рулевых, с бурыми отметинами на концах прочих рулевых. Нижняя сторона тела от черного подбородка до белого брюшка, а также бока тела рыжие. В свежем оперении верхняя сторона головы и шеи, а также спина охристо-серые. Рыжие перья с нижней стороны имеют белесые концы. Внутренние второстепенные с беловатыми каемками.
Взрослая самка сверху охристо-бурая. Крылья буро-рогового цвета; кроющие крыла на предплечье имеют белые концы, которые образуют белую полоску. Большие кроющие крыла и внутренние второстепенные с широкими белесыми (охристо-белыми) каемками. По белым концам и каемкам на перьях крыла самки красноспинной горихвостки хорошо отличаются от других видов. Надхвостье и хвост — как у самцов.
Молодые легко узнаются по резкому пятнистому рисунку: верхняя сторона тела оливково-бурая, с каплевидными желтоватыми пятнами, концы которых имеют черную оторочку; перья крыла с широкими соломенно-желтыми каемками. Нижняя сторона тела серовато-белая, с черноватым чешуйчатым рисунком. Рыжие перья надхвостья с бурыми каемками. Хвост — как у взрослых.
Клюв и ноги черноватые у самцов, бурые у самок; радужина коричневая.

Гнездится в горах Средней Азии, начиная от Алайского хребта, на восток до Тарбагатая, на Алтае, Саянах и Хамар-Дабане; вне СССР в горах Тянь-Шаня, в Синьцзяне и на Хангае, в сев.-зап. Монголии. Изолированный ареал в Алашанском хребте. Известны случаи залета на запад до Чкаловской обл. и о. Сара близ Ленкорани, на восток до Охотского побережья.
В пределах СССР зимует частично в Киргизии, Таджикистане и в Туркмении. Вне СССР — преимущественно южнее, до Индии и Персидского залива.
Селится в субальпийском поясе, начиная от 1800 м над ур.м. и поднимаясь на Алтае до 2200 м, а на Тянь-Шане до 3000 м. Нуждается в наличии деревцев или кустарников. В лесах выбирает опушки и редколесье, любит арчевники, соседство россыпей.
Появляется возле Алма-Аты уже в конце февраля. На Алтай прилетает во второй половине марта. Самки опаздывают на одну — две недели. Самец хорошо поет.
Гнездо устраивается под камнями, в старых стенах и в тому подобных укрытиях. Материалом служат стебли, листья; выстилка из волос. Яиц бывает в среднем 5, голубоватого цвета, с красно-бурыми пятнышками. Кладок две в лето. Птенцы первого выводка покидают гнездо в конце июня. Осенью в хорошую погоду самцы иногда начинают токовать, принимая позу, напоминающую глухариную.
Кочевки начинаются в августе, когда заканчивается линька. При этом держатся стайками до 10 особей, на опушках, ловя насекомых, подобно мухоловкам, на лету. Самки улетают раньше самцов. К концу октября пролет заканчивается. Красноспинные горихвостки не боятся снега и могут добывать пищу, разгребая ногами мелкий снег.
Эти живые и подвижные птицы в основном питаются насекомыми, особенно жучками и мелкими кобылками, но осенью и зимой в значительной мере переходят на ягоды, особенно любят плоды барбариса и джиды.
Хозяйственное значение невелико.
Подвиды. Подвидов только два, если считать подвидом резко отличающуюся алашанскую горихвостку, описанную Н.М. Пржевальским. У нее нет черного цвета по бокам головы и шеи, хвост заметно длиннее. Наших красноспинок следует называть Phoenicurus erythronotus erythronotus (Ev.).
 
Литература  
• «Птицы СССР» Портенко Л.А. Изд. Академии наук СССР. Москва. Ленинград. 1954 г. часть 3. стр. 187-188.