Гнездящиеся птицы Приморского края: красноголовый нырок Aythya ferina

Статус. Красноголовый нырок Aythya ferina (Linnaeus, C 1758) (рис. 1) является малочисленным пролётным и локально гнездящимся перелётным видом, недавним вселенцем на территорию Приморского края. Известны редкие встречи в календарные сроки зимы.

Историческая справка, распространение и численность. В качестве залётного вида красноголовый нырок в Приморском крае известен с начала ХХ века (Шульпин 1936), а в его середине статус был изменён до уровня редкой и малочисленной пролётной птицы (Воробьёв 1954). В 1960-х годах на крайнем юго-западе Приморья во время весеннего пролёта наблюдали стаи численностью до 40 птиц, а на осеннем – до 300 особей (Литвиненко, Шибаев 1965), тогда как для озера Ханка красноголового нырка считали очень редким, вероятно, пролётным видом (Поливанова 1971) либо вообще не приводили для этого крупного озера (Поливанов 1975). В 1970-х годах эту утку здесь по-прежнему признавали очень редкой пролётной птицей (Велижанин, Гусаков 1982).
Во второй половине ХХ века выявлены две первые летние встречи одиночных красноголовых нырков. Обе состоялись на Приханкайской низменности: в июне 1962 года в приустьевой части реки Илистая (Поливанова 1971) и 12 июля 1975 на рисовых полях у села Сосновка (Спасский район), когда был добыт взрослый самец с травмированной лапой (Глущенко и др. 2006б). В любом случае в этот период нырок в бассейне озера Ханка входил в категорию единично летующих птиц (Глущенко и др. 1995). С конца ХХ века на Приханкайской низменности весенний пролёт красноголовых нырков иногда затягивался до третьей декады мая (Глущенко и др. 2006б), что можно расценивать как предпосылку к последующему заселению этими птицами данного водно-болотного угодья.
Первую территориальную пару мы наблюдали 2 июня 2003 у восточного побережья озера Ханка на искусственном водоёме, возникшем на месте старой торфоразработки. В том же году одну пару наблюдали на Берёзовых озёрах 3 июня (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016). Первое для Приханкайской низменности гнездо красноголового нырка обнаружено здесь 9 июня 2004 (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016), а 22 июня 2004 в колонии речных Sterna hirundo, белокрылых Chlidonias leucopterus и белощёких Ch. hybridus крачек обнаружили три выводка (Глущенко и др. 2005).
С 2005 года на отдельных участках восточного побережья Ханки (рис. 2.1) эти нырки гнездятся регулярно. Их численность здесь точно не установлена, однако вплоть до 2021 года она была подвержена поступательному росту, достигнув к этому времени, по нашей приблизительной оценке, 80-100 гнездящихся пар. По другим данным, в 2003-2014 годах на востоке Приханкайской низменности отмечен положительный тренд плотности гнездования от 0.6-1.1 пар/км2 в 2003-2004 до 3.7-4.9 пар/км2 в 2008-2010 годах, а в дальнейшем относительная численность здесь варьировала по годам от 2.4 до 5.4 пар/км2, но без выраженного тренда, при этом в целом в период с 2002 по 2014 год доля красноголового нырка составила 5.4 % всего летнего населения уток этого сегмента низменности (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016).

Увеличению численности красноголового нырка в начале XXI столетия способствовал рост уровня воды в озере Ханка, вызвавший формирование обширных плавневых озёр с островами и изрезанными берегами, покрытыми густой травянистой растительностью. Весной 2022 года уровень воды в Ханке резко упал и многие озёра, на которых гнездились нырки, обмелели. Это вызвало значительное сокращение их численности, но уже в 2023 году гнездящаяся группировка восстановилась.
Дальнейшая динамика численности красноголовых нырков на гнездовании на Приханкайской низменности будет зависеть от состояния обводнённости озера и его побережий. При снижении уровня воды количество гнездящихся птиц будет сокращаться, при этом нырки останутся только на удалённых от побережья Ханки озёрах с затруднённым стоком в основной водоём.
Другим местом гнездования красноголовых нырков в Приморье является обширный искусственный бассейн, расположенный в окрестностях Дальнереченска (рис. 2.2). Значительная часть побережья этого водоёма заболочена, местами изрезана заводями и переходит в плавни. Здесь размножение красноголовых нырков нам известно с 2009 года, а их численность остаётся низкой, варьируя от 3 до 5 пар.
Помимо этого, единичный случай размножения красноголовых нырков мы отметили в городской черте Уссурийска (рис. 2.3), где 22 июля 2011 наблюдали самку с выводком. В настоящее время, как и в дальней перспективе, гнездование этих птиц здесь маловероятно, поскольку, из-за постройки осушительного канала используемый этими птицами водоём сильно обмелел и отчасти был засыпан грунтом в целях возведения на прилегающей территории производственного комплекса.
На крайнем юго-западе Приморья (урочище «Туманган») рассматриваемый вид, помимо миграций, отмечен и в летнее время (Литвиненко, Шибаев 1999; Nazarenko et al. 2016; наши данные), однако доказательства его гнездования здесь, несмотря на периодические специальные исследования, пока не получены. Известны немногочисленные летние встречи красноголовых нырков и в окрестностях Лазовского заповедника (Шохрин 2017), где на рукавах нижнего течения реки Киевка и озёрах правобережья размножение небольшого числа птиц вполне возможно.
На северо-востоке Приморского края это немногочисленный пролётный и редкий летующий вид (Елсуков 2013), численность которого на озере Благодатное (Тернейский район) в период весеннего пролёта за 18 лет выросла в 5 раз, а во время осенней миграции увеличилась в 61.3 раза (Елсуков 2005).

Весенний пролёт. В период сезонных перемещений красноголовые нырки в целом немногочисленны с тенденцией поступательного увеличения численности, явно наметившейся с середины ХХ столетия (Литвиненко, Шибаев 1965; наши данные).

В настоящее время первые регистрации этих нырков весной в прибрежных районах Приморья происходят в разные даты первой или второй декад марта (рис. 3), а в его внутренних районах – обычно в последней декаде марта либо в первой половине апреля (табл. 1).
На крайнем юго-западе Приморья пролёт проходит в течение апреля (Литвиненко, Шибаев 1965; Шибаев 1971), а его окончание не прослеживается ввиду наличия летующих птиц. В окрестностях Лазовского заповедника миграция растянута на весь апрель и большую часть мая (Шохрин 2017). На северо-востоке края большую часть пролётных красноголовых нырков весной регистрировали в апреле, когда 67.4 % встреченных особей оказались самцами. В сравнительно небольшом количестве их наблюдали здесь в мае, при этом доля самцов в этот период составила 51.6 %, а самая поздняя встреча датирована 23 мая 1987 (Елсуков 2013).
В долине нижнего течения реки Раздольная, в окрестностях Уссурийска, в разные годы мы отмечали начало весенней миграции в конце марта или начале апреля, а её завершение датировали 20 мая 2004 и 21 мая 2003. В 2003-2007 годах красноголовые нырки были здесь редкими, составляя менее 0.1 % от общего числа пролётных уток, при этом доля самцов достигла 59.3 % всей пролётной группировки этого вида (Глущенко и др. 2008). В 2020 году эти нырки тоже были сравнительно редкими (около 0.2 % от общего числа пролётных уток), а доля самцов достигла 76.9 % (Глущенко и др. 2020).
На Приханкайской низменности основной пролёт проходит в апреле, когда красноголовые нырки часто держатся в стаях численностью от 3 до 14 особей (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016). В 2003-2013 годах в весенний период на озере Ханка они являлись сравнительно редкими птицами, доля которых достигала 0.05 % от общего числа всех пролётных уток. В половом отношении значительно доминировали самцы, составившие 70.2 % от общего числа мигрантов (Глущенко и др. 2015), а активность транзитного перемещения в 2004-2012 годах оказалась очень низкой, в среднем составив около 0.1 ос./ч (Глущенко и др. 2014). Определить сроки завершения пролёта красноголовых нырков здесь невозможно ввиду наличия гнездящейся группировки.
Местообитания. Красноголовые нырки обычно гнездятся по заросшим травянистой растительностью сплавинным берегам и островам озёр (рис. 4), нередко поселяясь в колониях чайковых птиц (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016; Глущенко и др. 2016).
Гнездование. По нашим данным, основанным на находке гнёзд и встречам птенцов разных возрастных групп, гнездовой период красноголовых нырков в Приморье растянут с первой половины мая до начала июля (табл. 2). Согласно другим сведениям, откладка яиц происходит в течение мая (пик ярко выражен и приходится на середину мая), а появление пуховичков наблюдается с начала до конца июня с максимумом во второй и третьей декадах этого месяца (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016).

В мае, с началом гнездования, происходит рассредоточение отдельных пар по гнездовым участкам, поэтому в парах (рис. 5) красноголовые нырки держатся более чем в половине (58.3 %) случаев (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016).

Гнёзда располагаются на заросших травой сплавинных берегах или небольших островках среди озёр, часто у самой воды (рис. 6). Некоторые гнёзда хорошо замаскированы в зарослях растущего зелёного вейника или осоки (рис. 7.1), другие гнезда скрыты травой только частично с боков (рис. 7.2,3,6), а третьи оказываются совершенно открытыми со всех сторон (рис. 7.4,5).
Строительным материалом для гнёзд служит сухая растительность, имеющаяся поблизости от выбранного для постройки места. Чаще всего это стебли и листья вейника или осоки (рис. 8.1), а в ряде случаев утки используют куски сухих стеблей и листьев тростника (рис. 8.2), а также тонкие сухие веточки и прочую растительную ветошь. В лотке обычно присутствует пух самки, доля которого возрастает в ходе насиживания.

Согласно нашим данным, размеры гнёзд (n = 8), мм: диаметр гнезда 270-440, в среднем 347; диаметр лотка 160-220, в среднем 185; глубина лотка 300130, в среднем 100; высота края гнезда над субстратом 0-120, в среднем 80. Полные кладки (рис. 9, 10) содержат от 6 до 11 яиц, средняя величина кладки 8.07 яйца (n = 14).
Размеры яиц (n = 89), мм: длина 58.9-65.8, в среднем 61.61; максимальный диаметр 41.6-47.1, в среднем 43.94. Индекс удлинённости, рассчитанный по формуле: (B/L)·100 % (Романов, Романова 1959), где B – максимальный диаметр, а L – длина яйца, колебался от 65.1 до 76.6 %, а в среднем составил 71.4 % (n = 89). Вес свежих и слабо насиженных яиц (n = 71) составляет 57.6-73.2, в среднем 65.17 г. Объём яиц, рассчитанный по формуле V = 0.51LB2, где L – длина яйца, B – максимальный диаметр (Hoyt 1979), варьировал от 53.4 до 74.4 и в среднем составил 60.71 см3 (n = 89).

В июне, в разгар насиживания, число регистраций красноголовых нырков в парах снижается до 15.4 %, заметно возрастает число одиночных особей. В это время самцы начинают сбиваться в стаи из 3-15 особей, на которые приходится 30.8% встреч (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016). Самки насиживают кладки очень плотно, порой позволяя фотографировать себя с близкого расстояния (рис. 11).
Пуховых птенцов (рис. 12) мы наблюдали со второй декады июня до первой декады августа, а оперённых молодых птиц – в августе. Ещё во второй половине этого месяца, когда молодые по размерам лишь незначительно уступают взрослым птицам, они держатся с самками (рис. 13).

В июле в связи с откочёвкой самцов к местам линьки абсолютное большинство встреч красноголовых нырков (81.3 %) на Приханкайской низменности приходится на одиночных птиц и самок с выводками (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016). В выводках мы насчитывали от 3 до 11, в среднем 5.17 птенца (n = 12). По другим данным, величина выводка составляла 3-6, в среднем 4.67 птенца (n = 7) (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016).
В августе-сентябре, с подъёмом молодых нырков на крыло, местные птицы держатся на открытой воде стаями до 30-40 особей (Волковская-Курдюкова, Курдюков 2016).

Осенние миграции. Отлёт местных красноголовых нырков с мест гнездования не прослежен. Осенний пролёт проходит в основном в октябре. Самые крупные скопления отмечали на приморских озёрах на юго-западе края, когда здесь 14 октября 1962 наблюдали стаю, в которой было 150 самцов красноголового нырка, а через неделю здесь же держалась группа до 300 самцов (Литвиненко, Шибаев 1965). Наиболее поздние осенние встречи этих нырков в Приморье (рис. 14) зафиксированы в конце октября либо в разные даты ноября (табл. 3).

Зимние встречи. В календарные сроки зимы красноголовых нырков достоверно регистрировали 4 раза: на крайнем юго-западе Приморья 2 самки встречены 17 декабря 2013 в порту посёлка Зарубино (Тиунов, Бурковский 2015); самку отметили в окрестностях Находки 5 декабря 2020 (рис. 15.1), самца – в окрестностях села Соколовка Лазовского района 12 декабря 2022 (рис. 15.2), а ещё 2 самцов зарегистрировали 25 февраля 2023 на технических прудах Артёмовской ТЭЦ (рис. 15.3).
Питание. По данным Ю.В. Шибаева и Н.М. Литвиненко (1971), в желудках 6 красноголовых нырков, добытых в период весеннего пролёта на крайнем юго-западе Приморья от залива Посьета до левобережья реки Туманная (Туманган, Тумыньцзян), обнаружены семена рдестов Potamogeton sp., руппий Ruppia sp. и камыша Scirpus sp., а также раковины балтийской макомы Limecola balthica. В желудке единственного красноголового нырка, добытого здесь в осенний период, найдены семена рдестов.

Литература

• Велижанин А.Г., Гусаков Е.С. 1982. Продуктивность угодий озера Ханка и некоторые причины её изменения // Повышение продуктивности охотничьих угодий. М.: 78-94.
• Волковская-Курдюкова Е.А., Курдюков А.Б. 2016. Летняя численность гусеобразных на востоке Приханкайской низменности и особенности её динамики в современный период // Рус. орнитол. журн. 25 (1363): 4355-4406. EDN: WXIKPB.
• Воробьёв К.А. 1954. Птицы Уссурийского края. М.: 1-360.
• Глущенко Ю.Н., Бочарников В.Н., Мрикот К.Н., Коробов Д.В. 2005. Вековая динамика численности гусеобразных птиц Приханкайской низменности: этапы изучения, эволюция методов, популяционные тенденции // Инвентаризация, мониторинг и охрана ключевых орнитологических территорий России. М., 5: 19-36.
• Глущенко Ю.Н., Бочарников В.Н., Шибнев Ю.Б. 1995. Опыт оценки численности водоплавающих птиц российского сектора Приханкайской низменности // Проблемы сохранения водно-болотных угодий международного значения: озеро Ханка. Спасск-Дальний: 35-45.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В., Кальницкая И.Н. 2008. Весенний пролёт птиц в долине реки Раздольной (Южное Приморье). Сообщение 6. Утки // Рус. орнитол. журн. 17 (444): 1499-1511. EDN: JUEJNJ.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В., Коробова И.Н., Бочарников В.Н. 2015. Весенние миграции гусеобразных Anseriformes на озере Ханка в начале XXI столетия // Рус. орнитол. журн. 24 (1142): 1651-1663. EDN: TSLNQR.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В., Сурмач С.Г. 2020. Весенний пролёт птиц в долине нижнего течения реки Раздольной (Приморский край) в 2020 году. Сообщение 6. Утки // Рус. орнитол. журн. 29 (1958): 3567-3679. EDN: UVAXSU.
• Глущенко Ю.Н., Коробов Д.В., Харченко В.А., Коробова И.Н., Глущенко В.П. 2019. Птицы – Aves // Природный комплекс Уссурийского городского округа; современное состояние. Владивосток: 151-301.
• Глущенко Ю.Н., Коробова И.Н., Коробов Д.В. 2014. Транзитные весенние миграции на озере Ханка. Сообщение 1. Пеликанообразные и Гусеобразные // Животный и растительный мир Дальнего Востока 1 (21). Уссурийск: 2-9.
• Глущенко Ю.Н., Липатова Н.Н., Мартыненко А.Б. 2006а. Птицы города Уссурийска: фауна и динамика населения. Владивосток: 1-264.
• Глущенко Ю.Н., Нечаев В.А., Редькин Я.А. 2016. Птицы Приморского края: краткий фаунистический обзор. М.: 1-523.
• Глущенко Ю.Н., Шибнев Ю.Б., Волковская-Курдюкова Е.А. 2006б. Птицы // Позвоночные животные заповедника «Ханкайский» и Приханкайской низменности. Владивосток: 77-233.
• Горчаков Г.А. 1996. Весенняя миграция пластинчатоклювых в устье реки Раздольная (Южное Приморье) // Птицы пресных вод и морских побережий юга Дальнего Востока России и их охрана. Владивосток: 131-143.
• Елсуков С.В. 2005. Мониторинг водоплавающих птиц озера Благодатное в период их весеннего и осеннего пролётов // Результаты охраны и изучения природных комплексов Сихотэ-Алиня. Владивосток: 173-180.
• Елсуков. С.В. 2013. Птицы Северо-Восточного Приморья. Владивосток: 1-536.
• Литвиненко Н.М., Шибаев Ю.В. 1999. Новые орнитологические находки и наблюдения на крайнем юго-западе Приморья // Рус. орнитол. журн. 8 (71): 9-16. EDN: KEZXLV.
• Литвиненко Н.М., Шибаев Ю.В. (1965) 2020. О некоторых редких птицах Южного Приморья // Рус. орнитол. журн. 29 (1982): 4688-4694. EDN: ETELLX.
• Назаренко А.А. (1971) 2023. Краткий обзор птиц заповедника «Кедровая Падь» // Рус. орнитол. журн. 32 (2333): 3579-3631. EDN: QVHDNF.
• Назаров Ю.Н. 2004. Птицы города Владивостока и его окрестностей. Владивосток: 1-276.
• Нечаев В.А., Чернобаева В.Н. 2006. Каталог орнитологической коллекции Зоологического музея Биолого-почвенного института Дальневосточного отделения Российской академии наук. Владивосток: 1-436.
• Панов Е.Н. 1973. Птицы Южного Приморья (фауна, биология и поведение). Новосибирск: 1-376.
• Поливанов В.М. 1975. Весенний пролёт водоплавающих птиц на озере Ханка и его изменения за 11 лет (с 1963 по 1973 гг.) // Орнитологические исследования на Дальнем Востоке. Владивосток: 207-218.
• Поливанова Н.Н. 1971. Птицы озера Ханка (Охотничье-промысловые водоплавающие и колониальные) // Тр. заповедника «Кедровая Падь» 3: 1-240.
• Романов А.Л., Романова А.И. 1959. Птичье яйцо. М.: 1-620.
• Тиунов И.М., Бурковский О.А. (2015) 2023. Интересные встречи птиц в календарные сроки зимы на морском побережье Южного Приморья // Рус. орнитол. журн. 32 (2280): 914-923. EDN: AKGQFJ.
• Шибаев Ю.В. 1971. О весеннем пролёте пластинчатоклювых на крайнем юге Хасанского района (Южное Приморье) // Орнитологические исследования на юге Дальнего Востока. Владивосток: 155-169.
• Шибаев Ю.В., Литвиненко Н.И. (1971) 2024. Особенности питания пролётных уток на водоёмах Хасанского района (Южное Приморье) // Рус. орнитол. журн. 33 (2397): 962-983. EDN: WLNNQB.
• Шохрин В.П. 2017. Птицы Лазовского заповедника и сопредельных территорий. Лазо: 1-648.
• Шульпин Л.М. 1936. Промысловые, охотничьи и хищные птицы Приморья. Владивосток: 1-436.
• Hoyt D.F. 1979. Practical methods of estimating volume and fresh weight of bird eggs // Auk 96:73-77.
• Nazarenko A.A., Gamova T.V., Nechaev V.A., Surmach S.G., Kurdyukov A.B. 2016. Handbook of the Birds of Southwest Ussuriland. Current Taxonomy, Species Status and Population Trends. Incheon: 1-256.