Азиатский степной жаворонок Melanocorypha calandra psammochroa (Hartert, 1904) – одна из характерных и широко распространённых птиц аридной зоны Казахстана и Средней Азии, причём в ряде ландшафтов она входит в число фоновых видов (Ковшарь 1991). Однако особенности гнездовой биологии этой птицы до сих пор остаются изученными очень слабо, что достаточно хорошо иллюстрируют очерки по данному виду в фаунистических сводках (Иванов 1940, 1969; Янушевич и др. 1960; Ковшарь 1966; Корелов 1970; Абдусалямов 1973). Наблюдения за гнездованием степного жаворонка проведены нами 22 марта – 29 июня 1987 и 23 марта – 5 июля 1988 в окрестностях железнодорожной станции Копа, в 120 км западнее Алма-Аты. За этот период обследовано 32 гнезда, у которых в течение 61 ч проведён хронометраж активности хозяев.
В полупустынной долине реки Копы и окружающей её степной местности М. calandra, наряду с малым жаворонком Calandrella cinerea, является одной из самых многочисленных птиц. На полынно-эбелековой равнине он доминирует среди других птиц в местах с высоким и густым травостоем, но на участках, изобилующих глинистыми плешинами и солончаками, уступает в численности малому жаворонку. Избегает сырых мест, отсутствуя в сарсазановой пойме реки Копы. Обычен в прилегающих холмисто-увалистых предгорьях Заилийского Ала-тау, где особенно многочислен в сухих долинках с пышным злаковым покровом и на злаково-эбелековых увалах, а также в лощинах, заросших чием, терескеном или же высокотравьем. Охотно селится на посевах ячменя и кормовых трав, на пустующих пашнях, покрытых многочисленными кураями и бурьянниками, а также по зарослям крестоцветных вдоль полей, которые в июне достигают высоты 1.5 м. В соседних Чу-Илийских горах встречается по чиевым долинкам и увалам, поросшим злаками, спиреей и зонтичными, но исчезает на каменистых сопках и полынных плато, особенно в районе гор Серектас, где его замещает двупятнистый жаворонок Melanocorypha bimaculata. Практически отсутствовал степной жаворонок по северной окраине Чу-Илийских гор на опустыненной злаковой и полынно-гармаловой равнине в районе сёл Новые и Старые Айдарлы, единично попадался среди двупятнистых жаворонков между речкой Отеген и селом Акчи. Нередок был в гористой местности вокруг Куртинского водохранилища и весьма обычен в долине между станциями Узунагач и Копа.
В окрестностях Алма-Аты степной жаворонок появляется весной между 17 февраля и 8 марта (Корелов 1970). В третьей декаде марта 1987 и 1988 годов в долине реки Копы он был уже многочислен в местах гнездования и держался в основном парами. Повсеместно наблюдалось активное пение и токование самцов. Так, 26 марта 1987 за 2.5 ч утренней экскурсии было учтено 130 пар и 95 одиночных токующих самцов. При совершении парных полётов самка, как правило, летит впереди, а следом за ней с пением следует самец. Довольно обычным явлением было участие в полётах сразу двух пар. Иногда к ним присоединяется одиночный самец, периодически пытающийся отбить одну из самок. В некоторых случаях самец одной из пар принимается преследовать соседнюю самку, но такие погони быстро прекращаются без конфликтных ситуаций, и пары соединяются в прежнем составе. Не менее характерны в это время и групповые полёты жаворонков, в которых одновременно участвует 5-7 пар. При этом парочки одна за другой с пением дружно поднимаются с земли на высоту 10-15 м, рыхлой стайкой совершают несколько кругов и садятся. Через некоторое время подобные спонтанные взлёты повторяются вновь. В целом групповые полёты степных жаворонков – одна из характерных черт в биологии этого вида в течение всего гнездового периода.
Особенности пения степного жаворонка описаны в литературе в общих чертах (Волчанецкий 1954; Корелов 1970). В целом же его песня звонкая, резко выделяющаяся среди остальных степных певцов своим сильным, напористым исполнением, обилием трескучих звуков, чередующихся с щебетанием, журчанием и бульканьем. Л.Б. Бёме (1952) особо подчёркивает удивительную мощность звуков, издаваемых этой птицей, и характеризует её песню как могучую, мелодичную, с многочисленными заимствованиями голосов других птиц.
Элементы песен степного жаворонка чрезвычайно разнообразны и сложны в воспроизведении. Наиболее часто употребляемые варианты: характерная трескучая трель «тррри-тррри» или «чрри», короткие звуки типа «вэу-вэу», «ви-ви-ви», «тиви-тиви», «питю-питю», «пи-пси-пси», «джурджи», часто повторяющиеся элементы – «ви-тив-тивтив-тив-ви-кекекеке-тррри-ви-ти-тюрр-вэу-вэу-тррри», «тирт-ци-тир-тци», «трртити-тиу-тррртити-тиу», «тэрэрэрэ-уи-тэрэрэрэ-уи» и т.п. Нередко степные жаворонки копируют голос золотистой щурки Merops apiaster, но не вплетают её в общую непрерывную песню, а как бы выделяют эти звуки, так что получается полная иллюзия, что эти звуки рождены двумя разными птицами. Великолепно имитируют голоса и фрагменты песен деревенской ласточки Hirundo rustica, садовой овсянки Emberiza hortulana, коноплянки Acanthis cannabina и малого зуйка Charadrius dubius. Ранней весной в запевках многих самцов характерным было присутствие позывок горного конька Anthus spinoletta, так что при одновременной песне нескольких взлетающих самцов создавалось впечатление, что это поднимается в воздух целая стая этих коньков. Аналогично степные жаворонки использовали при запевках и тревожные крики черныша Tringa ochropus «твит-твит», издавая подряд 4-6 звуков.
Первые, наполовину выстроенные гнёзда обнаружены 13 апреля 1987 и 7 апреля 1988. Строит гнездо самка, принося материал большими пучками в клюве; самец постоянно сопровождает и охраняет её.
В течение часа в двух случаях отмечалось по 4 и 8 прилётов самки с материалом к гнезду.
В полынной глинисто-солончаковой полупустыне найдено 15 гнёзд, по злаково-разнотравным участкам – 7, на посевах кормовых трав – 4, в бурьянниковых лощинах среди пашен – 2. Гнёзда располагались в глубоких ямках (вырытых самими птицами) у основания кустиков травы, чаще всего полыни (15 гнёзд), внутри куртинок травы, хорошо защищённые со всех сторон (11), в ямках без прикрытия сверху (4) и по 1 гнезду было устроено под слоем полегшего травостоя и под сухими ветками.
Гнёзда, как правило, имели плотную выстилку, за исключением одного, у которого были выложены сухой травой лишь верхние края, а дно оставалось голым. Кроме того, у 3 гнёзд края возвышались в виде бортиков высотой 10-15 см, при этом в первом случае они были сооружены из корневищ полыни и её увядших зеленых стеблей, во втором – из множества колючек эбелека, в третьем – из стеблей злаков и комочков конского навоза. Ещё в одном случае перед входом в гнездо из старых стеблей полыни был сооружен «порожек» 110 мм длиной и 95 мм шириной.
Гнёзда выстраивают в основном из стеблей и листьев полыни, злаков, корешков, растительного луба и прочего разнотравья (табл. 1).
Некоторые были выстроены в основном из полыни, другие – из корешков, третьи – из стеблей и колючек эбелека. Выстилаются растительным лубом и размочаленными стеблями злаков. Шерсть, конский волос и перья встречаются единично. Масса 10 гнёзд в воздушно-сухом состоянии составила 4.80-36.99, в среднем 17.34 г. Диаметр 4 гнездовых ямок 100-140Ч90-120, в среднем 113.7Ч105.0 мм, глубина 50-65, в среднем 60 мм. Наружный диаметр гнёзд (n = 23) – 94-220Ч90-123, в среднем 119.5Ч105.4 мм, диаметр лотка (n = 26) – 70-92Ч65-88, в среднем 81.7Ч77.3 мм, высота гнезда (n = 16) – 60-90, в среднем 72.4 мм, глубина лотка (n = 26) – 40-78, в среднем 55.2 мм.
Размеры 86 яиц из 19 кладок: 21.5-27.4 х 16.0-18.9, в среднем 24.З х 17.6 мм. Самое маленькое яйцо имело размеры 21.5Ч6.0 мм, самое крупное – 27.3 х 18.2 мм. Масса яйца (58 яиц из 13 кладок): 2.72-4.88, в среднем 3.73 г. Из 89 яиц 68 (76.4%) в 15 кладках имели беловатую окраску, остальные (в 5 кладках) были с зеленоватым оттенком. Из 89 яиц 53 имели светло-бурые крапинки по всему фону, сгущённые в тупом конце в виде «шапочки», 23 яйца – широкий чёткий венчик на тупом полюсе и мелкие крапинки в остальной части, 13 яиц – крапинки густо по всему фону. Интересно, что 13 яиц в 10 гнёздах отличались от остальных внутри кладки наличием другого типа рисунка (11 яиц отличались «венчиком», 3 – «шапочкой»).
Кладку насиживает самка. За 16 ч наблюдений самки провели на трёх гнездах суммарно 61.1% учётного времени (табл. 2). Продолжительность однократного насиживания в 22 случаях составляла от 4 до 65, в среднем 23 мин. За время учётов продолжительностью по 4 ч они отлучались с гнезда по 4-8, в среднем 6.5 раз, отсутствуя на гнезде 2-
31, в среднем 13.6 мин. Самец в это время интенсивно поёт и охраняет гнездовой участок, иногда сопровождая кормящуюся самку.
Свежие и слабо насиженные кладки в 1987-1988 годах были обнаружены 22, 24 и 25 апреля (по 5, 5 и 5 яиц), 6, 7, 9 и 10 мая (по 3, 4, 5, 5 и 5), 14, 15 и 19 мая (6, 5 и 5 яиц), 30 мая (3). Кладки с насиженными и сильно насиженными яйцами осматривались 12 мая (4 и 5 яиц), 19 мая (6), 24 и 25 мая (5 и 3), 3 июня (3 и 5).
По литературным данным (Волчанецкий 1954), продолжительность насиживания кладки у степного жаворонка составляет 16 сут. Из-за высокого процента гибели гнёзд нам удалось проследить длительность насиживания только одной кладки: первое яйцо было отложено 10 мая, последнее – 14 мая, птенцы вылупились 26 мая, то есть через 16 сут с момента откладки первого яйца.
Пуховичков в гнёздах находили между 2 мая и 2 июня. Светло-жёлтый с серым оттенком пух длиной 12-15 мм расположен редкими пучками на 6 основных пуховых птерилиях: надглазничной, затылочной, плечевой, локтевой, спинной и бедренной (18 птенцов из 5 гнёзд).
Кроме того, у 9 птенцов имелось рудиментарное опушение на копчиковой птерилии. Кожные покровы нижней части тела птенца телесного цвета, верх тёмный, почти чёрный. Клюв серый, конец надклювья более светлый, ротовая полость оранжево-жёлтая, чёрные пятна расположены по одному на надклювье и подклювье и три на языке. Ротовые валики беловатые или светло-жёлтые, «яйцевой зуб» белый. Лапы светлые, когти белые.
Масса птенца в возрасте суток 3.50-4.95, в среднем 3.88 г, в возрасте 2 сут – 5.20-5.80, в среднем 5.50 г, 3 сут – 8.50-9.22, в среднем 8.52 г, 4 сут – 12.2-14.12, в среднем 13.0 г.
Птенцов выкармливают оба родителя. В одном из гнёзд самка обогревала птенцов в течение 6 сут, при этом в первый день их жизни за 4 утренних часа садилась в гнездо 10 раз (40.8% учётного времени), на третьи – 8 (40.4%), на шестые – 1 раз (8.3%). В другом гнезде трёхдневных птенцов самка обогревала 10 раз (53.6%).
Птенцам в суточном возрасте взрослые приносили корм за 4 ч наблюдений 15 раз, 3-дневным – по 21 разу (в 2 гнёздах), 6-дневным – 14, 7-дневным – 20, 9-дневным – 28 раз за 4 ч. За 15 ч учёта с 6 до 21 ч 8-дневным птенцам корм был доставлен 89 раз, в среднем 6 раз/ч.
Первые 3 суток в одном гнезде самец приносил корм чаще самки (соответственно 13 и 2, 14 и 7 раз), на 6-е сут оба родителя прилетали одинаково часто (по 7 раз), на 7-е сут – самец 9 раз и самка 11 раз за 4 ч учёта в каждом случае.
В одном из гнёзд птенцы находились с 25 мая по 4 июня и вылетели на 10-й день. Один из слётков имел длину крыла 74 мм, клюва 9.2, плюсны 25, хвоста 7.8 мм. Кисточки первостепенных маховых перьев у него развернулись до 13 мм, рулевых – до 3 мм.
Первых слётков встречали 18-19 мая, основная же масса птенцов покидает гнёзда во второй половине мая – первой декаде июня. Уже 1-8 июня наблюдалось множество лётных доросших птенцов, но ещё 22 и 30 июня степные жаворонки докармливали молодых. По всей видимости, часть степных жаворонков делает повторные кладки в конце мая и даже в первых числах июня.
После 10 июня, когда температура воздуха поднимается до +35-40°С, прекращаются столь характерные для этого вида групповые полёты с пением. В это время степные жаворонки поют мало, главным образом в утренние и вечерние часы, умолкая в зной. Начинается массовое посещение ими артезианских источников, а молодняк сбивается в небольшие группы.
Существенно изменяется образ жизни степного жаворонка во второй половине июня. Большинство птиц ещё держится в местах гнездования, но с 27-29 июня они сбиваются в стаи по 30-60 особей и концентрируются вдоль хлебных полей. Пение самцов с 25-30 июня практически прекращается, лишь изредка отрывистые песни отдельных самцов можно слышать на рассвете или закате. В жаркое время, преимущественно с 10 до 18 ч, наблюдаются сотенные и даже тысячные потоки жаворонков, летящих к водным источникам.
Сведения о плодовитости степного жаворонка следующие. Величина 22 кладок: 3 яйца (2 гнезда) – 4 (5) – 5 (13) – 6 (2). Средняя величина кладки 4.68 яйца. Количество птенцов в 11 гнёздах: 3 птенца (4 гнезда) – 4 (3) – 5 (4), в среднем 4.0. Как и у других наземногнездящихся птиц, у степного жаворонка высок уровень гибели гнёзд. Так, из 21 гнезда, судьба которого прослежена, 15 (71.4%) погибло, из них одно брошено в период строительства и 14 разорено хищниками (9 гнёзд с кладками и 5 – с птенцами). Основными разорителями являются обычные в данной местности змеи, степные хорьки Mustela eversmanni и ушастые ежи Erinaceus auritus, один птенец погиб по вине муравьёв.
Не исключено, что значительный процент жилых гнёзд жаворонков гибнет в результате массового выпаса в весенне-летний период многотысячных отар овец, сильно выбивающих почвенно-растительный покров полупустыни. В сохранившихся 6 гнёздах (28.6%) из всех 26 яиц вылупились птенцы, покинули гнёзда 25 слётков (96.1%). Один птенец исчез и ещё один был сильно травмирован (сломана нога в коленном суставе и вывернута назад) из-за того, что во время прохождения большой отары на гнездо наступила овца.
Литература
• Абдусалямов И.А. 1973. Фауна Таджикской ССР. Птицы. Душанбе, 19, 4 (2): 1-403.
• Бёме Л.Б. 1952. Певчие птицы. М.: 1-263.
• Волчанецкий И.Б. 1954. Род Степной жаворонок // Птицы Советского Союза. М., 5: 563-585.
• Иванов А.И. 1940. Птицы Таджикистана. М.; Л.:1-300.
• Иванов А.И. 1969. Птицы Памиро-Алая. Л.: 1-448.
• Ковшарь А.Ф. 1966. Птицы Таласского Алатау. Алма-Ата: 1-435
• Ковшарь А.Ф. 1991. Доминанты авифаунистического населения пустынь Казахстана // Материалы 10-й Всесоюз. орнитол. конф. Минск, 1: 85-86.
• Корелов М.Н. 1970. Семейство Жаворонковые – Alaudidae // Птицы Казахстана. Алма-Ата, 3: 194-285.
• Янушевич А.И., Тюрин П.С., Яковлева И.Д., Кыдыралиев А.К., Семёнова Н.И. 1960. Птицы Киргизии. Фрунзе, 2: 1-273.
Источник
Русский орнитологический журнал 2011, Экспресс-выпуск 684. стр. 1711-1717.